1news.az

Асад между Сциллой и Харибдой: может ли сирийский президент стать разменной монетой России и Ирана?

12 Октября, 2015 в 10:36 ~ 9 минут на чтение 3460
Асад между Сциллой и Харибдой: может ли сирийский президент стать разменной монетой России и Ирана?

9 октября Евросоюз частично смягчил санкции против Москвы.

Было разрешено отныне поставлять в Россию компоненты ракетного топлива, - гидразин и его производные, необходимые для заправки ракет, используемых при реализации космических программ европейских стран.

Вместе с тем, на встрече канцлера Германии Ангелы Меркель с британским премьером Дэвидом Кэмероном была оговорена необходимость сохранения санкций против РФ. Ранее российские источники в ЕС сообщали, что Брюссель не исключает применения новых санкций в связи с воздушной операцией в Сирии – в случае, если действия Москвы в Сирии сочтут неприемлемыми и не отвечающими задачам борьбы с терроризмом. А именно, если подтвердится, что удары российской авиации наносятся не по объектам т.н. «Исламского государства [Ирака и Леванта]» (ИГИЛ). Противоречивая картина.

Пока весьма сложно сказать насколько верна информация о том, что российская сторона под видом операции против ИГИЛ, фактически наносит удары главным образом по соединениям Свободной Сирийской Армии и Фронта ан-Нусра. Кремль это всячески отрицает, ссылаясь на данные собственной воздушно-космической разведки, а также разведки обеспечиваемой войсками Асада.

Вашингтон и Брюссель утверждают обратное, опять же, ссылаясь на данные собственной воздушно-космической разведки, и разведки сил той же Свободной Сирийской Армии. В любом случае характер действий российской стороны говорит о том, что удары по ИГИЛ – лишь внешняя легитимационная оболочка действий (даже если предположить что удары в самом деле наносятся по ИГИЛ).

Не так давно, я уже говорил о том, что цель Москвы – создание надежного плацдарма в расчете на то, что будет происходить на территории уже бывшего Сирийского государства после ухода Асада. Фактически речь идет об участии в разделе Сирии. Отмечу лишь, что на Западе пока еще нет четкого мнения о том какие именно цели стоят за вмешательством Москвы в Большую Ближневосточную войну.

Например, в недавнем исследовании Варшавского Центра Восточных Исследований (ссылка 1, ссылка 2) говорится следующее: «Можно ожидать того, что при поддержке Ирана Москва будет в состоянии спасти режим Асада и помочь ему в консолидации нового политического образования на западе и северо-западе Сирии. Это усилит позиции Москвы как одного из основных игроков на Ближнем Востоке». Польские исследователи верно определили набор целей Москвы, в особенности касаемо создания плацдарма на сзападе и северо-западе. Однако Кремль преследует сразу несколько задач. Это озволяет ему пользоваться достаточным полем для маневра. По моему мнению, главная цель Москвы – именно создание надежного плацдарма на средиземноморском побережье Сирии, в районах Тарсуса и Латакии. При этом, если ценой создания такого плацдарма станет «сдача» Асада (и уж тем более разделение Сирии, которая как государство де-факто уже не существует), то Москва пойдет на такой размен.

Весьма интересно в этом плане мнение выраженное в статье опубликованной на днях в Washington Post, за авторством бывшего госсекретаря США Кондилизы Райс и бывшего министра обороны Роберта Гейтса: «Нам не следует забывать, что определение успеха для Москвы отличается от нашего. Русские демонстрируют готовность и даже поощрение к созданию т.н. «failed states» от Грузии до Молдовы и Украины. Чем отличается Сирия?». Даже с поправкой на то, что авторы лукавят, сваливая вину за создание т.н. «рухнувших государств» исключительно на Москву (чему подтверждение те же Ирак и Ливия), намек на важность для Москвы создать собственный плацдарм в Сирии очевиден.

Вернемся теперь к вопросу о разделе Сирии и возможной «сдаче» Асада. Есть несколько фактов косвенно проливающих свет на этот вопрос. Во-первых, еще в 2012 году Кремль выступал с мирной инициативой создания в Сирии переходного правительства, которое бы состояло из представителей оппозиции и команды Асада. Та самая инициатива подразумевала со временем уход Асада. Напомню, что инициатива не прошла по причине того, что США и саудиты настаивали на немедленном уходе Асада. Т.о., есть факты подтверждающие то, что Асад не является для Кремля ни «священной коровой», ни абсолютным олицетворением обеспечения своих интересов на Ближнем Востоке.

Во-вторых, глава Российского государства лично выражал весьма недвусмысленное мнение на этот счет – в ноябре 2012 года в беседе с немецким журналистом Хубертом Зайпелем Владимир Путин отмечал, что не зависит от Асада.

И в самом деле, с прямым вмешательством в военные действия в Сирии зависимость Москвы от Асада, даже если и имела место до того, сведена к минимуму. Москва начала собственную игру. Однако, и это весьма важно, отныне увеличивается зависимость Москвы от действий Тегерана. Чего стоит уже то, что российские корабли Каспийской флотилии осуществили недавний ракетный удар по целям в Сирии именно из территориальных вод Ирана. Именно «Хизбалла» и Корпус Стражей Исламской Революции (КСИР) планируют, организовывают, обеспечивают в людском, и частично в материально-техническом плане львиную долю сухопутных операций Асада.

В какой-то момент, на пике переговорного процесса между Западом и Тегераном, некоторые источники сообщали о том, что подразделения «Хизбаллы» и военные специалисты КСИР прекратили участие в боевых действиях на стороне Асада. Сейчас выясняется, что это далеко не так, и именно они, при поддержке ракетно-бомбовых ударов российской стороны, и далее будут играть решающую роль в действиях проасадовских сил.

Как же ведет себя в данный момент Тегеран в отношении Асада? Отметим, что еще в 2013 году Ходжат-оль-Ислам Мехди Тайеб, явлющийся руководителем стратегической базы «Аммар» (своеобразная иранская смесь спецслужбы, мозгового и духовного центра), в беседе с молодыми иранскими студентами заявил, что «Сирия является 35-й провинцией Ирана» и что «у Сирии была (!!) армия, но она не справилась с ведением войны в городских условиях».

Согласно исследованию провеленному недавно немецким журналом Der Spiegel, в последний год действия в Сирии структур занятых «трансляцией иранской мягкой силы» говорят о все меньших ставках на официальный Дамаск и лично на Асада. Важным симптомом является то, эти структуры, помимо традиционной дейтельности по пропаганде и распространению шиизма среди суннитов Сирии, с недавних пор стали активно работать и среди алавитов – основной конфессиональной группы Сирии на которую опирается режим Асада.

Кроме того, имеется информация о том, что иранские эмиссары активно скупают землю и недвижимость в Дамаске, в том числе и весь бывший еврейский квартал, куда планируется переселить шиитов из других регионов. Среди алавитов уже растет недовольство. В беседе с немецкими журналистами коммунист-алавит Талиб Ибрагим, проживающий долгие годы в Нидерландах, заявил следующее: «Иранцы нужны Асаду как бойцы. Но они все чаще вмешиваются в вопросы идеологии и внутренней политики».

В качестве примера последнего можно привести историю с генералом Дху аль-Химма Шалишем. Шалиш – алавит, двоюродный брат Асада, долгое время занимал пост шефа президентской охраны. В течение многих лет Шалиш отвечал за военную помощь Саддаму Хусейну посредством принадлежащей ему компании SES International. В июле этого года Шалиш был неожиданно отсранен. Официальные СМИ Дамаска сообщили о том, что произошло это в связи с его участием в коррупционных сделках. Однако такое обьяснение кажется весьма несерьезным – Шалиш оставался неприкосновенным все эти годы, даже несмотря на то, что информация о его участии в торговле оружием, наркотиками и недвижимостью была распространена американцами еще в начале 2003 года. Почему именно сейчас? Есть другое, более веское обьяснение – с устранением Шалиша иранская сторона получила «прямой доступ к телу». Отставка произошла под давлением Тегерана.

Есть еще одна история подобного рода – гибель в апреле этого года генерала Рустума Газали, возглавлявшего сирийскую контрразведку (Идарат аль-Амн аль-Сийаси, Управление Политической Безопасности). Газали погиб при весьма страных обстоятельствах – был избит до смерти охранниками генерала Рафика Шехадеха и скончался от ран несколько недель спустя. Одной из версий причины конфликта и убийства Газали было то, что последний был жестким противником вмешательства иранцев в ход наступления проасадовских сил в феврале – марте этого года. Сообщалось, что причиной конфликта стало нежелание Газали предоставить иранцам свою ставку для размещения там их штаба – Газали якобы сжег свою ставку к моменту приезда иранцев, за что и был избит до смерти (сообщалось также о гибели двух иранцев).             

Отмеченное выше есть лишь немногое из признаков реального уровня доверия к Асаду и вообще отношения иранцев к официальному Дамаску. Если описанная картина присутствует в отношениях между Тегераном и Дамаском, то у Москвы, с которой Асада связывает еще меньше, несомненно еще больше почвы для холодного прагматизма. Конечно, никто в открытую не заявляет о том, что союзник может стать разменной монетой, но речь идет о войне, государственной безопасности и национальных интересах. Несомненно, всегда может наступить момент когда союзник перестает быть таковым, превратившись в балласт, в том числе по причине собственной политической девальвации.

Описанные мною компоненты контекста происходящего в Сирии говорят о том что и Москва и Тегеран играют независимую от Дамаска игру и сохранение Сирии как единого государства во главе с президентом Асадом не обязательно входит в планы их действий.  

Гейдар Мирза

докторант Школы Политических Наук им. Отто Зура при Свободном Университете Берлина

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ
ДРУГИЕ НОВОСТИ ИЗ КАТЕГОРИИ Точка зрения

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

вверх
При использовании материалов ссылка на сайт обязательна

© Copyright 2007-2018 Информационное Агентство "The First News",
Все права защищены
entonee.net