1news.az

Анар Мамедханов: «Лучше зарабатывать деньги на сцене, чем брать взятки»

4 Июня, 2009 в 13:24 ~ 15 минут на чтение 6591
Анар Мамедханов: «Лучше зарабатывать деньги на сцене, чем брать взятки»

Эксклюзивное интервью 1news.az с депутатом Милли Меджлиса, капитаном команды «Парни из Баку» Анаром Мамедхановым

Не помню, когда в последний раз так волновался перед интервью. Видимо, Анар Мамедханов для меня навсегда останется капитаном, кумиром моей юности, когда я, как и вся страна, следил за перипетиями конкурсов КВН, успехами на них нашей легендарной команды «Парни из Баку» и болел за них. Однако время той команды осталось в истории, а капитан сегодня предстает перед нами в другом статусе: в XXI век Анар муаллим пришел как депутат Милли Меджлиса, высказывания и публикации которого, связанные с глобальными проблемами или просто житейские суждения, как правило, вызывают резонанс в обществе. Интересны они и нашим читателям…

- Анар Джамалович, замечено, что в последнее время вы часто выступаете в прессе с комментариями и интервью. То высказываетесь по поводу успеха нашей страны на конкурсе «Евровидение», то говорите о вашем новом проекте «Made in Baku». Чем вызвана такая активность?

- Дело в том, что я прежде всего общественный деятель, и все, что касается чести Азербайджана, престижа нашей страны, меня глубоко волнует – ведь я и сам положил на это лучшие годы своей жизни. Да, признаюсь, когда речь идет о каких-то важных вещах или о новых проектах, которые считаю значимыми и полезными для нашего общества, естественно, становлюсь более активным, тем более, если обстоятельства к этому вынуждают. По-моему, это абсолютно нормально.

- А в каких случаях вы беретесь за перо?

- Пишу в трех случаях. Во-первых, когда произошедшее сильно затронуло меня эмоционально. Замечу, что пишу очень быстро, за тридцать минут могу написать большую статью. Во-вторых, «берусь за перо», когда вижу, что произошло нечто важное, но никто на это не реагирует. Последний раз я прокомментировал отказ президента Азербайджана Ильхама Алиева ехать к Обаме, несмотря на просьбы Эрдогана. Третье обстоятельство – желание поделиться с читателями какими-то размышлениями, как было, к примеру, со статьей про менталитет. Идею таких материалов обычно вынашиваю долго, вот и на сей раз сначала все обдумал, а потом чисто механически записал.

Я ненавижу грамотеев, которые делают мне замечания - мол, запятой и тире где-то не хватает. Ни для кого не секрет, что Лев Толстой, Достоевский и Гоголь писали с грамматическими ошибками…

- По-моему, они вне критики, и мир ценит их совсем за другое… Но давайте о вас. Я лично с удовольствием читаю ваши материалы. Они подтверждают мнение о вас как о жестком человеке, не щадящем своих прямых и косвенных противников, хотя обличающий, саркастический юмор, по-моему, не мешает вам быть объективным. Получается, что при внутренней свободе вам удается сохранять преданность собственной позиции и при этом оставаться консервативным?

- Я бы это назвал постоянством, и консервативным назвать себя не могу. Если у тебя есть позиция, ты должен придерживаться ее всегда. Один мудрый человек сказал, что самые опасные люди те, кто не хочет ничего менять, и те, которые хотят поменять все. Я за эволюцию.

Что касается юмора… Это – убежден – оружие сильных. Бомарше говорил: «Что становится смешным, то перестает быть опасным». Если человека оскорбить, он может ответить той же монетой, а вот шуткой можно многое сказать, даже кое-чего добиться. Но при том, что юмор – вещь доступная, шутить может не каждый – тут нужен талант. В моих серьезных публикациях юмор, как перчинка или соль к обеду. И еще: считаю, чем проще говоришь, тем лучше. Я умею говорить заумно, но мои материалы предназначены не для старших научных сотрудников.

- А вас можно задеть шуткой?

- Нет, я отвечу шуткой. Или улыбкой. Мне нравится, что на Западе улыбаются незнакомым людям. У нас же готовы дать отпор в любую секунду. Ненавижу немотивированное хамство. Во-первых, от него у меня портится настроение, а во-вторых, становится жалко всегда готового к нападению хама. Нет, обидеть меня невозможно, а вот расстроить… конечно.

- Над чем нельзя шутить?

- Над горем человека.

- Есть вопросы, на которые вы никогда не отвечаете?

- Я публичный человек, и готовность к контакту с обществом у меня постоянная. Должен отвечать на все вопросы хотя бы фразой: «No comments». Я не могу заявить «не спрашивайте-де меня про мой вес, возраст и о том, как я купаюсь». Спрашивают, значит кому-то интересно. Ну а если не хочешь слышать такие вопросы, тогда иди слесарничай, коллекционируй марки, и никто тебя ни о чем таком спрашивать не будет.

Вот вы пишете про шоу-бизнес. Меня больше всего выводят из себя разговоры о том, что один только шоу-бизнес у нас плохой, будто все остальное хорошо. Покажите мне страну, где шоу-бизнес хороший - мне чисто по-человечески это интересно. Там, где круглые сутки «гейрят, намус вя шяряф»? Везде есть бездарные и тупые, те, кто пришел на сцену зарабатывать деньги. А мы чем отличаемся? Если кому-то это не нравится, пусть не смотрят. Лучше зарабатывать деньги на сцене, чем брать взятки.

У нас очень плохи дела в просвещении, но чтобы освещать эту сферу с уверенностью в успехе, надо хоть в чем-то разбираться, вести конструктивные диалоги, искать ответы на вопросы и причины. А шоу, вообще учреждения культуры… кому не лень, позволяют себе высказываться о них со своей колокольни.

- Какую самую нелепую чушь вам приходилась читать о себе в прессе?

- Однажды один очень известный человек по заказу другого написал обо мне эту самую нелепую чушь. Написал так, что мне стало жалко не себя, а их обоих. Обнажили свой уровень – только и всего.

- Догадываюсь, о каком материале речь. Может, вы случайно кого-то конкретно обидели – не подумали об этом?

- Так уж повелось, что правда глаза колет. И когда пишу правду, честное слово, не забочусь о том, что обо мне подумают. Я, слава Богу, с 1991 года на глазах у азербайджанского народа, и 18 лет достаточно большой срок, чтобы понять, какой я человек. Поверьте, за эти годы столько всякой ерунды доводилось о себе читать, что всего и не запомнил. Не раз писали, что мама моя русская, что дед армянин, что я как будто кого-то избил – сущий бред!

- Вас есть за что любить. А за что вас ненавидят?

- За что любят, за то и ненавидят. Не получилось что-то у человека, не смог он чего-то добиться, выплескивает свои негативные эмоции на Анара – мол, кто он такой?.. Раньше безумно нервничал в таких случаях, теперь к подобным выпадам отношусь очень спокойно – разве таких переделаешь…

- Анар Джамалович, я вас считаю оптимистом…

- Вы правы, я оптимист, но при этом реалист.

- И знаете, почему? Команды, которыми вы руководили, не раз распадались, но вы, кажется, никогда не унывали, да и теперь беретесь за нечто новое. Что вам помогает не терять надежды, верить в успех начинаний?

- Знания, опыт, моя интуиция.

- А что надо делать, чтобы команда получалась сплоченной, не развалилась?

- В первую очередь нужны единомышленники, готовые ради общей идеи идти вперед. Только в этом случае можно создать сплоченную сильную команду. Силой невозможно кого-то удержать.

- Наверное, вы никогда ни о чем не жалеете?

- О чем жалеть? Был молодой, много дел было. Бабушка с дедушкой были живы. А я думал, что они будут жить вечно. Сегодня жалею, что в свое время мало ходил к ним, что общался с ними меньше, чем нужно было. Мой дед был великим математиком, доктором наук, академиком, мудрейшим человеком, а я мало общался с ним... Наверное, это большая беда всех молодых.

- Как встречаете удары судьбы?

- Спокойно. Могу разозлиться по мелочам, а когда происходит нечто существенное, абсолютно спокоен. По крайне мере, чисто внешне. Не могу даже объяснить, почему так происходит. Скорее всего, потому, что сразу мозг начинает искать выход.

- И находите?

- Стараюсь, во всяком случае, но далеко не всегда успешно. Как реагировать, скажем, на потерю близких людей? Когда болел Саша Абдулов, я поехал к нему в Израиль. Восемь дней практически был с ним в палате. Смотрел на него и понимал, что он уходит. Внешне я был абсолютно спокоен: находил разные темы для бесед, чтобы отвлечь его, – говорили о кино, о театре, о разных актерах. Но внутри-то все клокотало.

- Над чем вы в последний раз плакали?

- Когда Айсель и Араш взяли на «Евровидении» бронзу. Ничего не мог с собой поделать - слезы радости текли рекой, я так орал, что на следующий день не мог говорить - голос сел. Супруга подумала, что я сошел с ума. Это вообще была уникальная сцена: стою перед телевизором и по мере объявления голосующих стран обращаюсь к ним. Когда голосовала Германия, я говорил: «Ребята, ну давайте! Вагнер мой любимый композитор!». И так со всеми странами. Единственное, на чем «прокололся», - не знал знаменитостей из Македонии, Словении и Сан-Марино. Но главное - это был, конечно же, вполне заслуженный триумф. Мы могли даже занять второе место.

Сейчас не надо выяснять, кто как относится к Айсель, кто злится, а кто завидует. Сегодня важно найти хорошую студию за границей, где бы она оттачивала свое мастерство, прошла хорошую сценическую и вокальную школу. Чтобы у нее был супер-профессиональный альбом. И это надо сделать быстро, вовремя, поскольку все очень быстро кончается - поверьте человеку, который тоже был триумфатором.

- Я заметил, что вы не гурман. На обед заказали только простой салат…

- Я не гурман. Люблю очень простую пищу. Хотя ни от чего не откажусь, могу попробовать любое блюдо. Я не понимаю людей, которые могут есть лягушачьи лапы каждый день. Люблю разные супы, борщ, щи, дюшпере. могу раз в шесть месяцев приготовить блюдо, которое вдруг самому захотелось сделать и поесть. И когда такое происходит, приглашаю всех друзей, живущих рядом.

Недавно сам приготовил солянку, Рецепт взял у Александра Ширвиндта. Он говорил: ставишь на огонь кастрюлю с водой, открываешь холодильник и бросаешь в кипящую воду все, что попадается под руку. Все это кипит тридцать минут. Вы не можете представить, какая вкусная солянка получилась - друзья плакали от удовольствия, облизывая пальчики.

- В будущем году вам исполнится 40 лет. Верите в приметы? Не будете отмечать эту дату? Как вообще празднуете день своего рождения?

- Сорок лет не буду отмечать. А дни рождения отмечаю по-разному. Иногда вовсе не отмечаю. Например, в прошлом году вместе семьей уехал на отдых, отключил телефон, чтобы никто не смог меня найти. Иногда вместе с друзьями провожу этот день на даче. Единственный раз по-особенному отмечал день рождения, когда совпала было магия цифр. Я родился 20 июля, в 20:07. И 20 июля 2007 года, в 20:07 начал отмечать это событие.

- В тот год произошло нечто знаменательное в вашей жизни?

- Для меня самое большое счастье в том, что ничего не произошло.

- Кем хотели стать в детстве?

- Я был крепким и немного полным ребенком, и потому родные, друзья называли меня медвежонком, мишкой. Любил играть в футбол, играл неплохо и потому мечтал стать футболистом. Когда на ногах оказалось очень много ран, родители поняли, что футбол не для меня – чего доброго стану инвалидом.

Теперь в футбол играет мой сын, и значительно лучше, чем я в его возрасте. Правда, я пока не знаю, кем он станет. Кем бы он ни стал, главное, чтобы был профессионалом своего дела. Правда, иногда он ленится делать уроки, иногда, как все мальчики, может соврать. Я все это понимаю, сам был таким. Не хочу, чтобы мой сын был роботом или синим чулком. Отличники мне никогда не нравились. Они всегда вызывали у меня подозрение. Считаю, что человек не может одинаково хорошо знать и химию, и историю, и математику. Я был хорошистом, были предметы, которые знал на отлично, но с некоторыми были проблемы, как, например, с химией и физикой. Зато супруга моя была отличницей.

- Любовь с первого взгляда?

- Наверное. Она всегда была мудрой и покорила меня своим умом. Я вообще питаю особую слабость к талантливым, умным людям. Скажу больше: талантливому человеку, каким бы он ни оказался подлецом, готов многое простить.

- Можете привести примеры?

- Зачем? У нас не так уж много безумно талантливых людей, они сами себя узнают.

- Что для вас «Made in Baku» - новый этап?

- Это мой новый проект, но не мой новый этап. Я просто помогаю талантливым ребятам встать на ноги. Они обратились ко мне, и я начал их направлять - помогать советами, вместе с ними искать, в каком направлении надо развиваться и идти вперед. Очень доволен ребятами, есть большой прогресс. Считаю, что до сих пор в Баку такого не было.

- В самом деле?

- Да! Вы знаете, что есть две певицы, которым я еще на заре их карьеры предсказал большое сценическое будущее, – это Севда Алекперзаде и Тунзаля Агаева. Севда была совсем неизвестным ребенком, когда я услышал ее впервые, и, позвонив ей домой, сказал, что она будет яркой звездой. Тунзаля жила в Товузе, когда я услышал ее трек в сборнике. Сегодня то же самое могу сказать и про ребят из «Made in Baku». Поверьте, через полгода они превратятся в героев номер один, в кумиров сегодняшнего поколения.

Сеймур Закаряев

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ
ДРУГИЕ НОВОСТИ ИЗ КАТЕГОРИИ Интервью

ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

вверх
При использовании материалов ссылка на сайт обязательна

© Copyright 2007-2019 Информационное Агентство "The First News",
Все права защищены