«Europa delenda est»: итальянский политолог рассказал 1news.az о причинах бунта во Франции и кризисе Запада
Начавшиеся с недовольства ростом стоимости жизни и проблемами в сфере образования протесты во Франции переросли в масштабные беспорядки, охватившие Париж и ряд других городов страны.
Демонстрации сопровождались столкновениями с полицией, разграблением магазинов, нападениями на государственные учреждения и повреждением исторических зданий. В Лиможе протестующие подожгли ратушу XIX века, в результате чего обрушились башня и значительная часть крыши здания. Ущерб понесли также торговые объекты и общественное имущество.
По данным французских властей, в связи с беспорядками задержаны более 2 тысяч человек, а число пострадавших сотрудников полиции, жандармерии и пожарных превысило 600. Власти осудили нападения на правоохранителей и государственные учреждения, подчеркнув, что право на протест не оправдывает насилие, также они заявили о намерении установить личности участников погромов и привлечь виновных к ответственности.
О причинах эскалации протестов, кризисе доверия к государственным институтам и рисках дальнейшего обострения ситуации в интервью 1news.az рассказал итальянский политолог, профессор Лоренцо Мария Пачини — доцент кафедры политической философии и геополитики Университета UniDolomiti в Беллуно.
По мнению эксперта, происходящее во Франции нельзя объяснить исключительно экономическими трудностями или недовольством отдельных социальных групп. Он считает, что нынешние события отражают более глубокие противоречия между обществом и политической системой.
«Скорее, мы наблюдаем во Франции сочетание социально-экономического кризиса, растущего недоверия к институтам власти и трудностей, с которыми государство сталкивается при попытке восстановить доверительные отношения со значительной частью общества. СМИ намеренно игнорируют то, что на самом деле происходит в стране на протяжении многих лет. Это справедливо и в отношении многих других западных государств», — отметил Пачини.
По его словам, рост цен и снижение покупательной способности стали непосредственными причинами протестов, однако масштаб мобилизации свидетельствует о накоплении более широкого недовольства. Когда граждане сталкиваются с ухудшением качества государственных услуг, высокой налоговой нагрузкой и снижением уровня жизни, экономические требования могут постепенно перерастать в неприятие политической системы в целом.
«Рост стоимости жизни и снижение покупательной способности стали непосредственными поводами для протестов, однако сами по себе они не объясняют мобилизацию такого масштаба. Когда граждане видят, что уровень их жизни падает, качество государственных услуг ухудшается, а налоговая нагрузка остаётся высокой, тогда как институты власти, по всей видимости, оторваны от повседневных проблем людей, экономический протест, как правило, перерастает в протест против политической системы в целом.
Важно и то, что к движению присоединились самые разные группы: студенты, рабочие, профсоюзы и граждане с различными мотивами, которых, однако, объединяет ощущение, что существующая система больше не отвечает их ожиданиям в должной мере.
Насилие и нападения на государственные учреждения, разумеется, не могут быть оправданы. Однако было бы ошибкой полагать, что подавление наиболее радикальной и склонной к насилию части протестного движения решит проблему. В очередной раз западные СМИ преподносят лишь часть картины, отвлекая внимание от сути происходящего и переключая его на второстепенные вопросы. Например, нападение протестующего на полицейского — вопрос явно второстепенный по сравнению с ситуацией, когда полиция атакует сотни демонстрантов, избивает их и даже задерживает. Государство может восстановить порядок на улицах, но, если оно не устранит причины недовольства, напряжённость просто проявится вновь в иной форме. Таков закон общественного договора, если воспользоваться словами французского философа Жан-Жака Руссо.
В конце концов, французы прекрасно знают, что такое революция», — пояснил политолог.
Комментируя действия французских правоохранительных органов, применявших слезоточивый газ и светошумовые гранаты для разгона демонстраций, политолог указал на необходимость соблюдения принципа соразмерности. По его мнению, государство обязано предотвращать погромы и нападения, одновременно гарантируя гражданам право на мирные акции протеста.
«Демократическое государство имеет право, а в некоторых случаях и обязанность, не допускать перерастания демонстраций в насилие, грабежи или нападения на граждан и сотрудников правоохранительных органов. В то же время оно обязано гарантировать право на мирный протест.
Проблема возникает тогда, когда меры, предназначенные для урегулирования ситуаций, сопровождающихся насилием, воспринимаются обществом как инструмент подавления всего протестного движения. Во Франции этот вопрос особенно чувствителен, поскольку уже звучит серьёзная критика в связи с применением полицией силы и количеством молодых людей, получивших ранения во время протестов.
Поэтому, на мой взгляд, наиболее эффективная стратегия не может сводиться к простому ужесточению репрессивных мер. Необходимы чёткие правила, соразмерное применение силы, точное установление лиц, ответственных за акты насилия, и, прежде всего, прозрачность в отношении любых нарушений, допущенных правоохранительными органами.
Репрессивные меры могут дать немедленный результат: например, позволить очистить площадь от демонстрантов. Но это вовсе не означает, что они уменьшат общественное недовольство. Если часть населения придёт к выводу, что государство не прислушивается к её требованиям и отвечает на них исключительно силой, возникает риск дальнейшей радикализации протестов.
Таким образом, цель должна быть двойной: твёрдо противодействовать насилию и одновременно проявлять открытость к обоснованным общественным требованиям. Однако я не считаю, что сегодня это возможно. Ситуация доведена до предела, а доверие к существующим политическим институтам полностью утрачено. Необходима борьба принципиально иного характера», — подчеркнул Пачини.
Пачини также отметил, что происходящее во Франции имеет общие черты с протестными выступлениями в Италии, где недовольство вызывают рост стоимости жизни, застой заработной платы и проблемы в сфере государственных услуг. Однако, по его оценке, страны различаются традициями общественной мобилизации: во Франции массовые акции исторически чаще приобретают конфронтационный характер, тогда как в Италии недовольство может выражаться через протестное голосование, отказ от участия в выборах и локальные демонстрации.
«Тем не менее риск распространения политических и социальных волнений из одной страны в другую существует. Когда жители разных государств сталкиваются в повседневной жизни с одними и теми же проблемами — ростом цен, зарплатами, не поспевающими за инфляцией, и перегруженностью государственных служб, — вполне естественно, что протестные движения начинают влиять друг на друга.
Отвечая на вопрос о риске перерастания социального недовольства во Франции и Италии в затяжной политический кризис, Пачини заявил, что такая опасность существует, и связал её с возможным повторением цикла протестов, ужесточения мер со стороны властей и дальнейшего падения доверия к государственным институтам.
«Настоящая опасность заключается в возникновении бесконечного цикла протестов: рост стоимости жизни, социальные волнения, репрессивные меры властей, дальнейшее падение доверия к институтам и новые протесты», — отметил политолог.
По его мнению, для выхода из этого кризиса правительства должны действовать одновременно в экономической и институциональной сферах. В первую очередь речь идёт о повышении покупательной способности населения, решении проблемы низких зарплат, снижении энергетических издержек и обеспечении доступности основных услуг. При этом, подчеркнул эксперт, граждане должны видеть реальные результаты экономической политики в своей повседневной жизни.
Не менее важным направлением Пачини назвал выстраивание постоянного диалога между властями, профсоюзами, студентами, гражданскими объединениями и местными сообществами.
«Недостаточно встречаться с представителями общественных групп лишь после того, как улицы уже охвачены протестами: диалог должен предшествовать кризису», — считает он.
Вместе с тем эксперт выступил с резкой критикой действующих правительств, заявив, что считает предпочтительным их отстранение от власти. При этом он подчеркнул, что насилие не должно становиться инструментом политических переговоров, однако поставил вопрос о том, какие возможности остаются у граждан, если демократические механизмы не позволяют добиться решения накопившихся проблем.
«Таким образом, урок, общий для Франции и Италии, довольно прост: государство представляет собой социальный организм, и правительства по определению должны управлять им, исходя из понимания его целостности. Любое извращение этой логики представляет собой акт структурного насилия по отношению к человеку», — заключил Пачини.
Всё это заставляет нас рассматривать происходящее как очередной симптом упадка западных цивилизаций, которые уже достигли своего предела. Не заблуждайтесь: лучше не станет. Вернуться назад невозможно, да и не следует этого делать, поскольку возвращение к прежнему положению вещей означало бы возвращение к той же проблеме, что неизбежно привело бы к новым протестам. Когда разражается кризис, необходимо противостоять ему напрямую, даже если это повлечёт за собой самые разрушительные последствия.
Старый европейский порядок должен рухнуть. Europa delenda est («Европа должна быть разрушена»)», — говорит эксперт.
Подводя итог, итальянский политолог предупредил о риске затяжного противостояния, если экономические и политические причины кризиса останутся нерешёнными. При этом он подчеркнул, что восстановление общественного порядка и работа с причинами недовольства должны рассматриваться как две самостоятельные, но взаимосвязанные задачи.
Таким образом, французские события вновь поставили перед европейскими властями вопрос о том, как совместить защиту общественной безопасности с правом граждан выражать недовольство и какие меры необходимы для восстановления доверия между государством и обществом.
