Цена разрыва: ЕАЭС подсчитал, во что Армении обойдется европейский выбор
Доклад стран Евразийского экономического союза предупреждает о масштабных экономических потерях в случае приостановления участия Армении в объединении.
Для Еревана вопрос теперь не только в том, куда двигаться политически, но и в том, какую цену придется заплатить за смену интеграционного курса.
20 октября Россия, Беларусь, Казахстан и Кыргызстан представили доклад о возможных последствиях приостановления участия Армении в Евразийском экономическом союзе (ЕАЭС). Документ появился на фоне последовательных шагов Еревана в направлении Европейского союза и содержит не только оценку потенциальных экономических потерь, но и предупреждение о правовых противоречиях между двумя интеграционными моделями.
Армянские власти стремятся сблизить республику с ЕС, сохраняя при этом преимущества членства в ЕАЭС. Однако именно здесь возникает главное противоречие: углубление интеграции с одним объединением может потребовать пересмотра обязательств перед другим. И если политические заявления позволяют откладывать окончательный выбор, то экономические и правовые последствия такого маневрирования постепенно становятся предметом конкретных расчетов.
В марте 2025 года парламент Армении принял закон о начале процесса вступления в ЕС. Сам по себе этот шаг не означает ни подачи официальной заявки, ни скорого членства в европейском объединении. Тем не менее он обозначил направление, в котором намерен двигаться Ереван.
Партнеры Армении по ЕАЭС, судя по содержанию доклада, не заинтересованы в ее выходе из союза. В документе рассматриваются меры, предпринятые Ереваном для сближения с ЕС, совместимость правовых режимов двух объединений, возможные риски и последствия приостановления членства Армении.
Один из главных выводов авторов: выполнение требований, необходимых для вступления в Евросоюз, может привести к нарушению обязательств Армении перед ЕАЭС. При этом, как утверждается в докладе, Ереван не информирует Евразийскую экономическую комиссию и государства-партнеры о работе по сближению национального законодательства с правом ЕС.
В качестве возможного ответа рассматривается приостановление участия Армении в ЕАЭС до проведения в стране референдума о сохранении членства в союзе или присоединении к ЕС. Доклад планируется передать главам государств евразийской «пятерки».
Таким образом, спор выходит за рамки дипломатической полемики. Речь идет о том, насколько долго Армения сможет совмещать два курса, если их дальнейшее сближение потребует от нее разных, а в отдельных сферах - несовместимых правил.
Таможенная граница внутри союза
Одним из наиболее чувствительных вопросов авторы доклада называют таможенную политику. Единое таможенное пространство - не формальность и не просто отсутствие дополнительных процедур на границах. Оно обеспечивает движение товаров по общим правилам, сокращает издержки бизнеса и позволяет участникам союза рассчитывать на предсказуемые условия торговли.
Внедрение Арменией европейских стандартов в таможенной сфере, предупреждают авторы документа, способно нарушить этот порядок. Если республика начнет применять нормы, отличающиеся от правил ЕАЭС, ее партнерам придется дополнительно проверять законность ввоза товаров из третьих стран, поступающих на общую таможенную территорию через Армению. В таком случае может возникнуть необходимость восстановить таможенный контроль, взимание соответствующих платежей, санитарные проверки и процедуры налогообложения. Иными словами, преимущества единого пространства окажутся под вопросом: товары, которые сегодня перемещаются по упрощенным правилам, могут столкнуться с дополнительными барьерами.
Последствия не ограничатся работой таможенных служб. Новые процедуры способны увеличить сроки поставок, стоимость логистики и конечные цены. Одновременно производители и поставщики из стран ЕАЭС могут потерять часть конкурентных преимуществ, а участники общего рынка - столкнуться со снижением доходов.
Для Армении этот риск особенно существенен - речь идет не об отдельном торговом соглашении, которое можно заменить другим, а о пересмотре условий доступа к рынку, на котором республика уже выстроила значительную часть своих экономических связей.
Масштабы потерь
Наиболее весомая часть доклада - прогноз экономических последствий возможного приостановления членства Армении. Согласно приведенным расчетам, ВВП страны может сократиться на 15,6%, или на 4,6 млрд долларов, а инфляция - вырасти на 14,9 процентного пункта относительно базового уровня.
Эти показатели следует рассматривать именно как сценарную оценку, тем не менее, масштаб прогнозируемых изменений показывает, насколько значимую роль авторы документа отводят нынешним торговым связям Армении с партнерами по ЕАЭС.
На государства союза сегодня приходится 37,8% внешней торговли республики: 38% экспорта и 37,7% импорта. При приостановлении членства совокупный товарооборот Армении с ними, по расчетам авторов доклада, может уменьшиться на 55,6% - с 7,99 млрд до 3,55 млрд долларов. В денежном выражении сокращение составит около 4,44 млрд долларов относительно уровня 2025 года.
Экспорт армянских товаров в государства ЕАЭС, как ожидается, снизится более чем на 65%, а импорт оттуда - почти наполовину. Совокупный импорт товаров и услуг в республику может сократиться на 27,1%, или на 4,8 млрд долларов. Потребление, согласно прогнозу, уменьшится на 14,6%, что соответствует примерно 3,5 млрд долларов.
За этими цифрами стоит не только возможное ухудшение торговой статистики. Сокращение рынков сбыта означает для предприятий риск потери заказов и выручки, а уменьшение импорта - необходимость перестраивать привычные цепочки поставок. Если альтернативные направления окажутся дороже или не смогут быстро заменить существующие, дополнительная нагрузка перейдет на бизнес и потребителей.
Экспорт без прежних преимуществ
Авторы доклада разделяют армянский экспорт в ЕАЭС на две группы. Первая - товары, связанные непосредственно с производством внутри страны: продовольствие и продукция агропромышленного комплекса, алкоголь, изделия легкой промышленности, табачная продукция, отдельные промышленные и сырьевые товары, включая медные концентраты, ферросплавы и алюминиевую фольгу, а также ювелирные изделия. Для этой категории прогнозируется сокращение экспортных доходов на 39,6% относительно 2025 года.
Здесь последствия возможного разрыва проявятся прежде всего в ухудшении условий доступа к рынку для армянских производителей. Им придется искать новых покупателей, конкурировать на других направлениях и учитывать возможное увеличение транспортных и торговых издержек. Насколько быстро удастся компенсировать потери, будет зависеть от спроса на альтернативных рынках и способности предприятий перестроить сбыт.
Вторая группа - товары, которые Армения преимущественно импортирует из третьих стран, а затем поставляет партнерам по ЕАЭС. В этом случае важную роль играют не столько собственные производственные мощности, сколько торгово-логистические преимущества членства в союзе. Именно здесь прогноз выглядит наиболее жестким - при утрате действующей схемы потери доходов от соответствующих поставок могут достигнуть 91,6%.
Это принципиальное различие. В первом случае Армения рискует осложнить сбыт собственной продукции. Во втором - лишиться значительной части операций, ценность которых во многом определяется возможностью использовать единое экономическое пространство. Если правила доступа к нему изменятся, то прежняя модель торговли может утратить экономический смысл.
При этом реэкспорт нельзя считать гарантированно невосполнимым источником дохода, поскольку часть операций теоретически можно перенаправить на другие рынки. Но такая перестройка потребует новых маршрутов, договоренностей и расходов. Поэтому главный вопрос заключается не только в том, исчезнет ли часть нынешних поставок, но и в том, удастся ли заменить их без существенного снижения доходности.
Денежные переводы и трудовая миграция
Торговые показатели - лишь одна сторона возможных последствий. В докладе отдельно рассматриваются денежные переводы, экспорт услуг, трудовая миграция. Именно эти направления позволяют увидеть, как изменения в отношениях с ЕАЭС могут отразиться на повседневной жизни населения.
По прогнозу авторов доклада, импорт товаров из государств союза в Армению может уменьшиться на 48,8%, или на 2,35 млрд долларов: с 4,82 млрд до 2,47 млрд. Экспорт армянских услуг в страны ЕАЭС, в свою очередь, способен сократиться на 41,7%, или на 540,4 млн долларов, - до 754,6 млн. Общий оборот услуг с партнерами по объединению может снизиться на 37,7%.
Еще один чувствительный показатель - денежные переводы. В 2025 году объем переводов из России в Армению составил 3,88 млрд долларов. В случае приостановления членства он, согласно расчетам, может упасть более чем вдвое - до 1,8 млрд долларов. Совокупные переводы из всех государств ЕАЭС прогнозируются на уровне 1,85 млрд долларов против 3,95 млрд годом ранее.
Если такой сценарий реализуется, последствия затронут не только финансовые потоки между странами. Для домохозяйств, рассчитывающих на доходы родственников, работающих за рубежом, сокращение переводов может означать уменьшение средств на повседневные расходы. Для внутреннего рынка это дополнительный риск снижения потребительского спроса.
Кроме того, в докладе указывается на вероятность ужесточения условий трудовой миграции для граждан Армении. Конкретные последствия будут зависеть от применяемых правил и решений соответствующих государств, однако сам риск имеет значение - трудовая мобильность остается одним из каналов экономических связей между Арменией и ее евразийскими партнерами.
Газовый вопрос
Армения по мировым меркам получает из России очень дешевый газ. Дешевле покупает голубое топливо только в Беларусь.
Сценарная оценка исходит из цены в 300 долларов за тысячу кубометров при сохранении физического объема поставок из государств ЕАЭС. Для сравнения, действующая базовая цена, указанная в документе, составляет 177,5 доллара за тысячу кубометров. Таким образом, расчетное повышение достигает примерно 69%.
При этих условиях стоимость ежегодного импорта газа для Армении может увеличиться с 389 млн до 657,5 млн долларов. Причем авторы доклада оговаривают, что оценка носит индикативный характер - реальная цена с учетом рыночной конъюнктуры может оказаться выше. Для сравнения: на площадке TTF - главного виртуального торгового хаба природного газа в Европе 1000 кубов стоит сейчас более 550 долларов. Повышение цен до рыночных значений сильно ударит в первую очередь по армянскому населению за счет роста тарифов на газ, электроэнергию и топливо для автомобилей. В Армении 43% электроэнергии вырабатывается на газовых ТЭС, кроме того, в стране один из наиболее газифицированных автопарков в мире - 15% всего газа используется автомобилями.
Более высокая стоимость газа не означает, что экономика автоматически компенсирует потери за счет увеличения номинальной стоимости импорта. Напротив, если объемы поставок сохранятся, дополнительные расходы лягут на покупателей энергоресурса. Для предприятий это означает рост издержек, а для экономики в целом - дополнительное давление на себестоимость товаров и услуг.
В итоге возможные изменения затрагивают сразу несколько взаимосвязанных сфер: торговлю, энергетику, доходы населения и занятость. Даже если отдельные потери удастся компенсировать за счет новых партнеров, совокупный эффект будет зависеть от того, насколько быстро республика сможет перестроить экономические связи.
Асимметрия потерь
При всей масштабности прогнозируемых последствий для Армении ущерб ее партнерам по ЕАЭС, согласно докладу, будет несопоставимо меньше.
Доля Армении в совокупном внешнеторговом товарообороте России за 2025 год оценивается в 0,91%. Прогнозируемое сокращение совокупного экспорта в Армению составит для Беларуси 0,08%, Казахстана - 0,01%, Кыргызстана - 0,008%, России - 0,55%.
Снижение совокупного импорта из Армении оценивается в 0,26% для Беларуси, 0,07% для Казахстана, 0,057% для Кыргызстана и 0,65% для России.
Разумеется, средние показатели по национальным экономикам не отражают всех последствий для отдельных компаний и отраслей. Некоторые предприятия могут столкнуться с заметным сокращением заказов, а конкретные торговые направления - с серьезными затруднениями. Тем не менее приведенные расчеты указывают на существенную асимметрию - для Армении ЕАЭС представляет значительную часть внешнеторгового пространства, тогда как ее доля в торговле партнеров относительно невелика.
Именно эта разница усиливает аргументацию авторов доклада. В случае изменения статуса Армении союз, вероятно, сможет перераспределить часть торговых потоков с относительно ограниченными потерями на общеэкономическом уровне. Для самой республики аналогичная перестройка может оказаться гораздо болезненнее.
Однако асимметрия не означает, что остальные участники ЕАЭС не заинтересованы в сохранении Армении в объединении. Экономические связи определяются не только долей в товарообороте, но и долгосрочными контрактами, логистикой, инвестициями и предсказуемостью правил. Поэтому минимальный расчетный ущерб не исключает заинтересованности партнеров в продолжении сотрудничества.
Брюссель без гарантий
На фоне приведенных оценок закономерно возникает вопрос: что Армения может получить взамен, если ее европейский курс приведет к ослаблению связей с ЕАЭС?
Пока этот вопрос остается открытым. Стремление к интеграции с Евросоюзом само по себе не гарантирует членства, доступа к конкретным экономическим преимуществам или автоматической компенсации возможных потерь на других рынках.
Этой весной премьер-министр Армении Никол Пашинян вновь обозначил европейское направление как политическую цель властей. При этом он указывал, что проведение референдума о вступлении в ЕС на данном этапе преждевременно, поскольку республика еще не подала заявку на вступление. Вместе с тем Пашинян признавал, что голосование в перспективе потребуется.
Москва, со своей стороны, настаивает на проведении референдума по вопросу вступления Армении в Евросоюз. Таким образом, дискуссия о будущем интеграционном курсе постепенно переходит из области политических заявлений к вопросу о том, когда и в какой форме армянское общество должно будет выразить свою позицию.
Результаты опроса Gallup International Association, проведенного в конце сентября, показывают, что однозначного общественного консенсуса по этому вопросу нет. Почти 60% респондентов выступают за проведение референдума о вступлении в ЕС. При этом 35,1% поддерживают евроинтеграцию, чуть менее 30% считают необходимым сохранение членства в ЕАЭС, а 24,7% заявляют, что не будут участвовать в голосовании.
Эти показатели отражают разные стороны общественных настроений - готовность высказаться на референдуме не равнозначна поддержке конкретного внешнеполитического курса. Однако они свидетельствуют о том, что вопрос интеграции уже стал предметом внутренней политической дискуссии и не сводится к решениям правительства.
При этом сам европейский путь не следует рассматривать исключительно через призму экономических потерь. Для части армянского общества сближение с ЕС связано с политическими, институциональными и социальными ожиданиями. Но именно поэтому властям предстоит объяснить не только предполагаемые преимущества нового курса, но и его издержки, сроки и реальные перспективы.
Пока же между политическим намерением и практическим результатом остается дистанция. Закон о начале процесса вступления в ЕС не равнозначен членству, а сближение с европейскими институтами не означает, что республика в обозримой перспективе получит все преимущества участника Евросоюза.
В этих условиях главный риск для Еревана заключается в том, что обязательства перед одним интеграционным объединением могут начать пересматриваться раньше, чем появятся гарантированные преимущества другого.
Выбор без простых ответов
Доклад четырех стран ЕАЭС не доказывает, что любой шаг Армении в сторону Евросоюза неизбежно приведет к экономическому кризису. Приведенные оценки зависят от сценария, условий возможного приостановления членства и способности страны перестроить торговые связи. Однако они указывают на конкретные уязвимости армянской экономики: значительную долю ЕАЭС во внешней торговле, зависимость ряда поставок от преимуществ общего рынка, масштаб денежных переводов и чувствительность к стоимости энергоресурсов.
Поэтому вопрос заключается в том, чем Армения сможет компенсировать возможные потери. Сегодня ЕАЭС обеспечивает ей не только рынок сбыта для собственных товаров, но и условия для реэкспортных операций, значительные финансовые потоки и доступ к энергоресурсам по действующим ценовым условиям. Отказ от этих преимуществ потребует не просто политической переориентации, а глубокой перестройки экономических связей.
И здесь возникает главный вопрос европейского направления: сможет ли Евросоюз предложить Армении сопоставимые экономические возможности - и в какие сроки? Само по себе сближение с Брюсселем не гарантирует ни членства в ЕС, ни немедленного доступа ко всем преимуществам единого европейского рынка, ни компенсации выпадающих доходов. Новые торговые связи, инвестиции и производственные цепочки требуют времени, тогда как издержки изменения прежних условий могут проявиться значительно раньше.
Именно этот разрыв между возможными потерями и пока не гарантированными приобретениями делает выбор Еревана экономически сложным. Если приведенные в докладе сценарии хотя бы частично реализуются, то Армении придется искать замену не одному рынку, а целой системе сложившихся связей. И чем значительнее окажутся потери на прежнем направлении, тем острее будет вопрос о реальных возможностях нового партнера.
В конечном счете цена европейского курса будет определяться не декларациями о стратегическом выборе, а конкретными результатами: новыми рынками, инвестициями, рабочими местами, энергетической доступностью и доходами населения. Армения вправе выбирать направление развития, но обществу важно понимать не только то, к чему стремится страна, но и чем придется заплатить за этот путь.
ЕАЭС уже обозначил возможную цену разрыва. Теперь вопрос в том, сможет ли Европа предложить Армении что-то сопоставимое взамен.
