1news.az

Фикрин Бекташи: «Наше Министерство культуры - наследие советской системы»

27 Мая, 2020 в 18:03 ~ 15 минут на чтение 4235
Фикрин Бекташи: «Наше Министерство культуры - наследие советской системы»

В свете последних событий, связанных с деятельностью Министерства культуры АР, мы решили узнать мнение специалистов в области культуры о проблемах и поразмыслить на тему выхода из сложившейся ситуации.

Наш сегодняшний собеседник - Фикрин Бекташи, юрист, эксперт в области культуры и кино, автор концепции законодательства в области кинематографии.

- Фикрин бей, в свое время вы уже поднимали вопросы реформ в области кинематографии. Есть какие-то продвижения?

- В первую очередь, хотел бы поздравить всех с Днем Республики и пожелать здоровья и процветания. Также хочу поблагодарить весь коллектив www.1news.az за твердую гражданскую позицию и за правильный подход к проблемам нашего общества.

Будучи постоянным читателем, хотел бы особо отметить интервью и статьи, о старом Баку, об известных деятелях науки и искусства, об экономике и политике, о культуре. И, честно говоря, знакомясь, посредством вас, с мнениями великих ученых и политиков, деятелей культуры и искусства, хочется просто следовать их примеру. Эти статьи могут способствовать оздоровлению общества в целом.

Возвращаясь к теме кинематографии, хочу сказать, что Концепция, о которой говорилось в Указе Президента 2019 года, все еще не готова. Причиной этого, скорее всего, является отсутствие единого мнения между чиновниками, режиссерами, продюсерами и прокатчиками. В принципе, об этом и было наше предыдущее интервью. С тех пор, к сожалению, ничего не изменилось.

Читайте подробнее: Фикрин Бекташи: «Минкульт не совсем правильно понимает современные принципы управления киноиндустрией»

- Вы хотите сказать, что встреча с деятелями культуры все еще не дала ожидаемых результатов?

- Как мы помним, 1 марта 2019 года состоялась встреча Президента Азербайджана Ильхама Алиева с деятелями культуры и искусства. В своей речи, глава государства обозначил сектор культуры как неотрывную составляющую всей национальной экономики и выразил желание услышать концептуальные предложения по улучшению ситуации. Конечно, не все озвученные предложения подпадали под определение «концептуальные», тем не менее, были приняты важные решения, которые касались точечных вопросов.

Улица возле Консерватории стала носить имя Сулеймана Алескерова, были созданы творческие советы при телеканалах, изданы указы об увековечении

памяти Гаджи Зейналабдина Тагиева и Муслима Магомаева, присвоен «академический» статус двум театрам, выделены дополнительные средства творческим союзам. Однако, помимо этих мер, чего-то концептуально нового в данной сфере пока не произошло.

В связи с этим, хочу прояснить для читателей, что надо подразумевать под понятием «сектор культуры» и какие сегодня имеются проблемы. Попробуем обозначить следующие шаги, которые, как мне кажется, являются необходимыми.

Деятельность Министерства культуры можно разделить на два основных направления – формирование культурного наследия и приобщение к культурному наследию.

Формирование культурного наследия осуществляется путем систематических мер по созданию материальных и нематериальных культурных ценностей (произведения культуры и искусства и т.д.) и, конечно же, восстановлению культурных ценностей, сбереженных или созданных предыдущими поколениями.

Приобщение к культурному наследию осуществляется за счет комплексных мер по информированию, образованию, пропаганде, демонстрации культурных ценностей.

Поясню на примере. Скажем, министерство организует курсы ковроткачества в регионах, выявляет таланты и повышает их профессиональный уровень. Работы по ковроткачеству формируют культурные ценности. Далее, министерство путем организации специальных мероприятий, выставок, музеев, посещения зарубежных платформ стимулирует приобщение талантов к образцам мирового наследия и способствует налаживанию связей с разными индустриями и международными культурными сетями. Одновременно, получая информацию о курсах, выставках и экспозициях, мы проявляем интерес и посещаем эти мероприятия. Таким образом, мы приобщаемся к культуре и к образцам национального и мирового наследия.

- А как Министерство культуры осуществляло эти два направления деятельности?

- Азербайджанское Министерство культуры - все же пережиток советской системы. Конечно же, как и во времена «нерушимого», министерство непосредственно занималось «созданием» и «демонстрацией» культурных ценностей. Министерство, ставя во главе цензуру, брало на себя чрезмерную ответственность за результат создаваемых культурных ценностей, боялось экспериментировать и было предельно консервативно в принимаемых решениях, тем самым ограничивая доступ молодым, пока никому не известным талантам и «непроверенной» тематике.

Одновременно, министерство занималось маркетингом и продвижением работ, в основном, создаваемых по его же линии. На самом же деле, имея определенный статус и функции, касательно всей культуры, министерство занималось исключительно определенным сегментом всего культурного сектора и не брало на себя продвижение и маркетинг работ и проектов, в создании которых оно не принимало участие. И это, естественно, привело к однотипности всего, что делалось министерством, и, как результат, к оттоку творческих людей, менеджеров, иных специалистов из сектора, за исключением единичных примеров.

- То есть, выставки, фестивали, концерты и так далее?

- Да, часть перечисленных мероприятий не охватывалась министерством. Может быть, это и хорошо, потому что в последнее время наблюдался также растущий интерес к различным культурным проектам и мероприятиям, которые не связаны с Министерством культуры или в которых его участие было минимальным.

Особенно посещаемые проекты, проводимые, например, по инициативе YARAT, и т.д. Или, к примеру, возьмем проект Baku Book Center. Если сопоставить его с любым другим читальным заведением или точкой продаж, то там эффективность приобщения к культурным ценностям в разы превышает все альтернативы. Книжный центр также способствует культурному воспитанию и формирует более уважительное отношение к литературе и книгам в целом.

- Как вы считаете, есть какая-то конкретная или характерная проблема, и если есть, то в чем?

- На самом деле, проблем тут много. Попробую озвучить. Вам не кажется, что министерство не выглядит как открытое ведомство и практически все крупные проекты, все поручения реализовывает само?

И, естественно, министерство не способно за ограниченные средства и с минимальным штатом работников реализовывать сотни мероприятий одновременно по всей стране. Да и, в принципе, не должно этого делать.

Это можно было бы осуществить в сотрудничестве с частным сектором, некоммерческими организациями и т.д. Таким образом, если Министерство культуры Азербайджана хочет перейти на качественно новый уровень управления, то оно, по примеру европейских стран, должно перейти на проектное финансирование и наладить широкое сотрудничество с профессиональными организациями, структурами, ассоциациями, компаниями и т.д. В результате такого сотрудничества количество проектов увеличится многократно, узкопрофильные организации смогут обеспечить занятость профессионалов и благодаря конкуренции улучшить качество предлагаемых услуг, что повлияет на уровень реализуемых проектов, а за счет привлеченных дополнительных средств (спонсоры, реклама и т.д.) смогут увеличить

эффективность расходования бюджетных средств. Министерство же будет осуществлять координационную функцию.

- Вы говорите о министерстве, одновременно отмечая ограниченные человеческие ресурсы, но при этом возлагаете на него огромные функции по всей стране…

- На самом деле, Министерство уже имеет представительства во многих регионах страны. Я же поднимаю вопрос эффективности использования государственной культурной инфраструктуры. Практически, министерство, наряду с отделениями и представительствами в регионах, может способствовать расширению культурной инфраструктуры в виде стимулирования организации продюсерских, организаторских и иных креативных компаний, да и вообще творческих людей, которые одновременно будут налаживать сотрудничество как друг с другом, так и с иными государственными структурами.

- А что мешало министерству до сегодняшнего дня наладить такое сотрудничество?

- Сложный вопрос. Попробуем пройти по цепочке от начала. В 2012 году, в том числе и с моим участием, мы разработали новый Закон о культуре, и он достаточно гибкий и не предусматривает ограничений для такого сотрудничества. То есть, законодательных ограничений нет. А если ознакомиться с положением о министерстве, структуре и выделяемых бюджетом средствах, то вырисовывается картина, при которой такое сотрудничество, наверное, имеет организационные (отсутствие проектного отдела) и финансовые нестыковки (целевое расходование бюджетных средств), которые не направлены на такое сотрудничество.

- Вы упомянули Закон о культуре. А чем была вызвана инициатива разработки нового закона и насколько он «новый»?

- Закон о культуре 1998 года был продолжением и усовершенствованным вариантом советского закона, и он, в принципе, был простым и определял необходимые минимумы для сектора.

Когда в 2004 году первая леди Азербайджанской Республики Мехрибан Алиева была назначена Послом Доброй воли ЮНЕСКО, Азербайджанская Республика стала активнее работать по многим направлениям - инициировала проекты, проводимые в рамках сотрудничества с ЮНЕСКО, присоединилась к ряду международных конвенций. И, естественно, возникла необходимость внесения изменений в имеющееся законодательство.

И Закон о культуре впервые отразил ряд современных концепций, некоторые из которых ранее не озвучивались на законодательном уровне. К примеру, новыми концепциями для нашего законодательства стали защита подводного культурного наследия, мониторинг в области культуры, электронная

информационная система, широкие положения касательно деятельности в области культуры и международного сотрудничества, положения касательно наследия нашей страны за рубежом и международной защиты национального культурного наследия. Но Закон о культуре рамочный, он определяет основные стратегические направления государственной политики, и иные законы в области культуры тесно с ним переплетаются. Предлагая все эти концепции, мы руководствовались тем, чтобы наш закон был действительно современным и прогрессивным.

- А есть какой-то стратегический документ в области культуры?

- После принятия Закона о культуре, в 2014 году была разработана Концепция о культуре. Но я в разработке ее не участвовал, общественного обсуждения этого документа не было, и вроде бы название впечатляющее, но у меня по нему есть пара вопросов.

Для начала отмечу, что на сайте министерства отчетов о реализации Концепции нет, так как нет и конкретных индикаторов по секторам, индустриям, популяризации культуры и географии имплементации и, как следствие, нет отчетов о мониторинге. То есть, концепция должна работать так, что по истечении определенного времени должны наблюдаться ощутимые (кардинальные) изменения. Но без отчетов об этом говорить сложно.

В продолжение вопроса касательно сотрудничества, хочу отметить, что были какие-то маленькие инициативы по грантовому финансированию проектов министерством. Но, скажем, реализуя проект с бюджетной стоимостью в 5-6 тысяч манатов раз в год, невозможно оказать должную поддержку компаниям или организациям в регионах и удерживать такое сотрудничество. Как следствие, партнеры не смогут обрести опыт реализации более крупных проектов и инициатив, скажем, в 1 миллион и более.

Если посмотреть дальше, то можно выявить и управленческие проблемы. Не каждый чиновник в министерстве способен тянуть на себе несколько десятков проектов, но в то же время спокойно мог бы осуществить координацию 10 проектов. То есть, неумение управлять большими проектами или даже множеством мелких проектов в министерстве приводит к каким-то упущениям, что сказывается на качестве проектов, их охвате и посещаемости, освещаемости в СМИ.

Конечно же, можно было бы изменить структуру министерства, согласно требованиям современной культурной индустрии, добавить секторы и отделы, которые непосредственно занимались бы образовательными программами, современными технологиями и цифровыми медиа, управлением проектов, осуществлением более широкого мониторинга госпрограмм и реализуемых концепций. Это позволило бы увеличить эффективность проводимой культурной политики с вовлечением большего количества структур и организаций, способствовало бы формированию новых кадров и учреждению культурных предприятий.

- А как обстоят дела с сотрудничеством с иными госорганами, профессиональными союзами и ассоциациями?

- Мне кажется, что Министерство культуры не может не сотрудничать с кем-либо или с какой-то организацией или ведомством. Но я бы хотел привести маленький пример. Все мы наблюдали то, как госорганы, частные компании так или иначе пытались функционировать в режиме карантина в связи с пандемией COVİD-19. Переходили на альтернативные режимы работы, применяли удаленные системы управления и обучения. К примеру, Министерство образования при сотрудничестве с каналом «Культура» осуществляло трансляции уроков для школьников, вело интернет-трансляции уроков и организовало онлайн-уроки и тесты.

Своевременное сотрудничество между министерствами могло бы быть результатом печатных, цифровых и видеоматериалов по многим предметам, причем с минимальными затратами. К этому сотрудничеству могли бы примкнуть иные госорганы, творческие союзы, ассоциации, частные компании, волонтеры, и в кратчайшие сроки сообща можно было бы развернуть широкие образовательные проекты посредством интернета, ТВ и радио, цифровых технологий, анимации, книг и журналов.

То есть, как минимум, литература, история, география и т.д. могли бы визуализироваться, и, учитывая то, что учебная программа не меняется кардинально, эти пособия могли бы использоваться достаточно долгое время. А по точным наукам можно было бы создать мобильные программы с задачами и играми. Но, к сожалению, сотрудничество в более широком формате у нас на практике не происходит. Все дело в том, что бюджетные средства должны расходоваться согласно требованиям закона о государственном бюджете.

Но есть более гибкие структуры финансирования, скажем, посредством фондов, создаваемых при министерствах.

- То есть, резюмируя вышесказанное, мы можем сказать, что у нас имеется клубок проблем. Как же его размотать?

- Конечно, министерство – это не бизнес. Хотя во всем, что оно делает, необходимо применить именно бизнес-моделирование и вывести все направления на уровень частичной самоокупаемости. При этом нельзя ограничивать доступ к культурным ценностям и помнить о малоимущих слоях населения.

Думаю, что Министерство культуры в будущем, скорее всего, должно будет действовать по следующим стратегическим направлениям - законодательное,

административно-организационное, управленческое, финансовое, маркетинговое и технологическое.

Учитывая мировой опыт, надо будет модернизировать Культурную концепцию, где-то дополнить, определить конкретные стратегические цели, расписать детальный план действий, ввести критерии для оценки и постоянно осуществлять мониторинг и оценку имплементации.

На основе выявляемых проблем или сложностей с имплементацией будет легче принимать быстрые решения и вносить системные или институциональные изменения. Одновременно необходимо наладить работу с молодежью, а именно, образовательные и тренинг-программы, подключение к волонтерским программам, активное привлечение молодежи и волонтеров в культурные проекты.

Отдельное направление - это широкое применение цифровых технологий, более структурированное сотрудничество с Министерством транспорта, связи и высоких технологий, интернет-провайдерами и мобильными операторами касательно игровых технологий, компьютерных развлечений, видеоплатформ и т. д. Понимая, что это звучит немного радикально, наверное, легче будет применить поэтапный подход. Но все это - необходимость.

1news.az

4 235

просмотра
ВЫБОР ЧИТАТЕЛЕЙ
ВЫБОР РЕДАКЦИИ
ДРУГИЕ НОВОСТИ ИЗ КАТЕГОРИИ Общество

ЛЕНТА НОВОСТЕЙ

вверх
При использовании материалов ссылка на сайт обязательна

© Copyright 2007-2020 Информационное Агентство "The First News",
Все права защищены