Фазиль Мустафа: «В Германии, Хорватии и Финляндии в заключении находятся по одному блоггеру, в Великобритании – два»
![Фазиль Мустафа: «В Германии, Хорватии и Финляндии в заключении находятся по одному блоггеру, в Великобритании – два»](/images/articles/2009/11/16/thumb_20091116055042514.jpg?2021-02-17+09%3A23%3A27)
Представляем вниманию читателей интервью Председателя Партии Великого Возрождения, депутата Милли Меджлиса, Фазиля Мустафы, данное им информационному агентству APA.
- После постановления суда в связи с арестом двух молодых людей генеральный секретарь Совета Европы Турбьорн Ягланд и посольства Германии и Норвегии выступили с резкими заявлениями в адрес правительства Азербайджана. Как вы оцениваете это?
- Я за подход к такого рода вопросам не с политической, а с сугубо юридической точки зрения. Думаю, что любое судебное решение может в силу объективных и субъективных суждений не устроить стороны, и они могут выразить недовольство в эмоциональной форме. Но в любом случае основной путь исправления решения, признанного несправедливым, должен проходить через использование до конца юридических возможностей. До сих пор мы становились свидетелями того, как обращение к внешнему политическому давлению без поиска решения в местной юстиции приводило к еще более нежелательным последствиям. В этом вопросе позицию отца одного из молодых людей, уважаемого Хикмета Гаджизаде, я оцениваю как более взвешенную. В заявлении для печати он сказал, что готовится к следующему этапу юридического процесса и намерен подать апелляционную жалобу.
Помочь решению этой проблемы могли бы и мы, депутаты. Но в любом случае моя принципиальная позиция состоит в том, что подобные заявления генерального секретаря СЕ или любого зарубежного посольства, представляющие собой давление на Азербайджан, нельзя считать положительным фактом. Ведь речь идет не только о данном конкретном случае, в дальнейшем могут возникнуть вопросы, связанные с армянами или другими факторами, и вмешательства во внутренние дела Азербайджана станут чем-то привычным, а это может нанести серьезный вред государственным интересам нашей страны. Представьте, что в Германии, Хорватии и Финляндии в заключении находятся по одному блоггеру, в Великобритании – два. Какую реакцию вызвало бы требование послов Азербайджана в этих странах защитить права этих блоггеров, или же признать их политическими заключенными? В любом случае зарубежные послы должны давать судебному постановлению только юридическую оценку, никак не вынося на первый план политические соображения. Это противоречит их дипломатическому статусу. Опыт показывает, что подобное давление со стороны посольств приводит к затягиванию пребывания этих лиц в заключении. Активная же позиция местных правозащитных организаций в изучении возможностей их освобождения может привести к более благоприятным результатам.
- В заявлении генерального секретаря СЕ говорится, что приговор о заключении двух молодых людей на деле связан с сатирическим клипом, в котором содержится завуалированная критика правительства. Насколько юридически обосновано это заявление?
- Не знаю, о каком видеоклипе тут идет речь. В юридическом же плане руководителю такой организации, как Совет Европы, следовало бы, пусть даже формально, исходить из обвинительного акта, составившего основу судебного решения. При ссылке же на какое-либо допущение, не входящее в обвинительный акт, необходимо по меньшей мере указывать источник. Генеральный секретарь Совета Европы может считать решение суда несправедливым или заявлять о процессуальных нарушениях, но высказывать конкретные суждения об иных мотивах обвинения неправильно, поскольку, насколько мне известно, ни на судебном процессе, ни в обвинительном акте утверждений об этом не было.
- Международные организации часто выносят в повестку дня тему политических заключенных в Азербайджане. После последнего судебного процесса посол Германии обвинил Азербайджан в «создании двух новых политических заключенных». Каково ваше, юриста, отношение к понятию «политический заключенный»?
- В советскую эпоху одно время понятие «враг народа» стало настолько общеупотребительным, что этим термином именовали всех, приговоренных без решения суда, или по иным мотивам. И у нас понятие «политический заключенный» стали без раздумий применять и к человеку, с оружием в руках устраивающему беспорядки, и к тому, кто ввязался в бытовую свару. Я в любом случае против употребления этого понятия вне связи с правовым контекстом. Особенно дискуссионной можно считать эту оценку от имени европейской страны, превыше всего ставящей верховенство права.
Азербайджан ныне находится внутри юрисдикции Европейского суда, и оценка дела вне этого механизма может быть не более чем допущением, а допущения не обладают юридической силой. Невозможно заранее определить, как оценит решение суда первой инстанции не только Европейский суд, но и Апелляционный суд. Если даже предполагается, что кто-то может быть отнесен к категории политических заключенных, окончательное слово за Европейским судом, после постановления которого этот термин только и может использоваться. То есть это определяет не какое-либо зарубежное посольство, а высший судебный орган. До сих пор Европейский суд в своих постановлениях не употреблял этого термина в отношении кого бы то ни было. По данному же конкретному делу хочу еще раз подчеркнуть, что более логичным было бы не заводить дело в политический тупик, а пройти юридическую процедуру до конца и действовать в русле объединения усилий правозащитников и общественности для нахождения наиболее эффективного пути решения проблемы.
Р.Г.