Расим Мусабеков: «Демократия – это соблюдение определенных правил игры между влиятельными и обладающими ресурсами элитными группами
![Расим Мусабеков: «Демократия – это соблюдение определенных правил игры между влиятельными и обладающими ресурсами элитными группами](/images/articles/2007/09/22/thumb20070922102423960.jpg?2021-02-17+09%3A23%3A27)
Эксклюзивное интервью 1news.az с известным азербайджанским политологом Расимом Мусабековым
- Расим муаллим, в республике вас называют политологом №1, к которому обращаются в первую очередь для анализа различных общественно-политических событий в мире и в Азербайджане. Сколько лет вы профессионально занимаетесь политологией?
- По образованию я инженер-системщик, но очень рано стал заниматься общественной деятельностью, в начале 70-х работал завотделом в ЦК ЛКСМ Азербайджана и 6 лет - инспектором в аппарате ЦК ВЛКСМ в Москве. Затем поступил в аспирантуру и в 1985 году после защиты диссертации получил ученую степень кандидата философских наук. Занимался научно-педагогической деятельностью, заведовал научной лабораторией межнациональных отношений «Института Молодежи» (ныне Социально-гуманитарная академия) в Москве.
Когда разгорелся азербайджано-армянский конфликт по поводу Нагорного Карабаха, мне довелось консультировать азербайджанскую делегацию в Верховном Совете СССР. Ранее в составе комиссии ЦК КПСС я наблюдал ситуацию в Прибалтике и пришел к пониманию неминуемой дезинтеграции СССР. Поэтому принял решение вернуться на Родину. Мне предложили возглавить лабораторию социологии в Бакинской партшколе, затем я заведовал идеологическим отделом Бакинского горкома партии. Пытался, признаюсь - без особого результата, продвигать обновленческие идеи по реформированию республиканской компартии. После восстановления независимости Азербайджана работал в 1991-92 гг. в президентской администрации советником по вопросам межнациональных отношений, вел переговорный процесс по урегулированию Карабахского конфликта. Затем в 1992-93 гг. работал советником в аппарате Милли Меджлиса, после преподавал в Институте политологии – нынешней Академии госуправления. С 2000 года полностью сосредоточился на политической аналитике в качестве независимого эксперта.
Сейчас я участвую в реализации различных проектов, провожу тренинги, даю консультации и пр. Видимая часть моей деятельности – это комментарии и выступления в СМИ - по существу для меня не основная, так как является формой общественного служения. Ведь делаю это я безвозмездно. Считаю себя профессиональным политологом не только потому, что имею звание доцента политологии. Я пишу книги, аналитические отчеты и статьи, грубо говоря, «кормлюсь» тем, что занимаюсь исследованиями в сфере внутренней и внешней политики.
- В семье кто-нибудь пошел по вашим стопам?
- У меня единственная дочь, которая хотя и окончила Западный университет по специальности политология, но работает региональным представителем одного лондонского частного университета. Скоро она уедет учиться в магистратуру в Великобританию, где будет специализироваться в области образовательного маркетинга и менеджмента. Супруга же преподает в Бакинской музыкальной академии и весьма далека от политики.
- Переходя к вопросам общественно-политическим, любопытно ваше мнение о том, в какой стадии находится сегодня Азербайджан в деле построения независимого национального государства?
- Восстановление государственной независимости Азербайджана приобрело необратимый характер. Даже Россия, Иран или Армения, для которых азербайджанская государственность словно бельмо на глазу, вынуждены считаться с этой реальностью. Сейчас перед страной стоят задачи дальнейшего развития государственности и гражданского общества, культуры и науки, модернизации промышленности и сельского хозяйства.
- В чем вы видите основную задачу, которая стоит на данном этапе перед Азербайджаном в вопросе государственного строительства?
- Я думаю, что главной проблемой, ждущей своего решения, является выработка механизма исполнения законов страны. В европейских странах, в США, в той же соседней и близкой нам Турции и даже в Иране все находятся «под», а не «над» или «мимо» закона, уважают Конституцию. У нас в Азербайджане, к сожалению, это далеко не так. Нынешняя Конституция составлена при непосредственном участии и инициативе действующих властей, а затем принята всенародным голосованием. Так вот, если правящая элита хочет, чтобы правила и законы, которые, кстати, всегда принимаются в их пользу, уважались со стороны граждан, то она сама должна демонстрировать уважение к этим законам, а не относиться к ним как к навязанным Советом Европы и пр. Пока каждый глава исполнительной администрации, министр или другой высокопоставленный чиновник будет считать, что для него закон – это воля вышестоящего начальника, а он в свою очередь - олицетворение закона для подчиненных и зависимых граждан, здание государственности нельзя считать прочным, а управление - адекватным современным требованиям.
- Сегодня очень часто говорят о построении гражданского общества, о его роли как гаранта исполнения законов и порядка в стране.
- Нигде в мире гражданское общество не является гарантом исполнения законов. Власть всегда имеет преимущества перед любыми организациями, партиями или группами внутри страны. Исполнение законов обеспечивается через разделение власти и взаимный контроль и сдерживание ее различных ветвей друг другом. Безусловно, решающая роль в исполнении законов принадлежит судам, чью действительную независимость, профессионализм и авторитет необходимо обеспечить. Сегодня это важней всего. Азербайджан, как и многие страны переходного периода, переживает ситуацию, в которой по необходимости исполнительная ветвь власти, олицетворяемая институтом президентства, доминирует. У нас парламент, суды находятся в тени президентской администрации. Но такой перекос следует менять, и ветви власти для придания устойчивости государства целесообразно сбалансировать. В теории демократии и разделения власти считается допустимым, чтобы сильная исполнительная власть могла обязательно уравновешивать суммарный авторитет и полномочия законодательной и судебной ветвей власти. Понятно, что на нашу ситуацию накладывает отпечаток факт оккупации армянами части наших территорий и состояние «ни мира, ни войны». Чрезмерная зависимость экономики от нефтяных доходов, распорядителем которых выступает государственная власть, также способствует чрезмерному сосредоточению власти и ресурсов в руках исполнительной власти. Но такое всевластие таит в себе большие риски. Ведь никто не может предостеречь носителя высшей власти от ошибок, а все просто поддакивают любым начинаниям и действиям, исходящим от президента. Но от ошибок не застрахован никто, даже самый талантливый руководитель. Там, где отсутствуют дискуссии и здоровая критика, эти ошибки обнаруживают себя не на ранней стадии, а когда достигается точка кризиса. Это делает систему государственной власти внешне весьма крепкой, но в действительности уязвимой.
- Недавно принята концепция государственной поддержки НПО, в том числе и финансирования их проектов из бюджета страны. Насколько позитивно скажется это решение на общественно-политических процессах в стране, в построении гражданского общества, и есть ли негативные моменты в этой концепции?
- Такая практика применяется во многих демократических странах. Так, в США неправительственные организации почти половину финансовых ресурсов получают из правительственных источников, оказывая населению социальные услуги. В принципе я приветствую эту инициативу при условии, если процедура выделения средств НПО будет прозрачной и если ее не будут использовать для подкормки приближенных НПО или коррупционного разбазаривания бюджетных средств. Для того чтобы избежать негативных явлений, рекомендовал бы внимательно изучить и использовать опыт европейских стран (коль мы говорим о евроинтеграции), выделение средств осуществлять гласно, на конкурсной основе, с учетом мнения авторитетных представителей гражданского общества. Напомню, что политизированных НПО не так уж много. Основную же массу составляют женские, молодежные, экологические, благотворительные, культурно-просветительские и прочие, финансовая поддержка которых со стороны государства будет весьма кстати.
- Тогда во что может вылиться финансовая поддержка со стороны государства для политических партий Азербайджана?
- В принципе ничего крамольного в такой практике нет, политические партии поддерживаются из госбюджета во многих странах мира. Конкретные суммы зависят от политической активности и роли той или иной партии в общественной жизни, от процента голосов, полученных на выборах или мест в парламенте. Ведь даже находясь в оппозиции и критикуя политику правительства, партии работают на благо государства и общества и поэтому имеют право на бюджетную финансовую поддержку. Но государство, в случае выделения средств политическим партиям, вправе ставить условие их финансовой прозрачности. То есть партии, претендующие на получение денег из бюджета, обязаны вести финансовую документацию в установленном порядке, раскрывать все источники своего финансирования и своих расходов. Однако, учитывая реалии Азербайджана, верится в это с трудом. Во-первых, из-за боязни репрессий со стороны власти бизнес опасается легально поддерживать политические партии, тем более оппозиционные, и поэтому обеспечить прозрачность партийных финансов будет трудно. Во-вторых, результаты выборов из-за многочисленных нарушений постоянно оспариваются и поэтому распределение бюджетных средств согласно полученным голосам, будет трудно. В третьих, есть опасение, что власти используют финансирование партий главным образом для поддержки близких к себе партий и будет происходить дальнейшее сращивание государственного аппарата и правящей партии. Однако при желании можно если и не полностью, то хотя бы частично нейтрализовать эти риски, а финансирование политических партий в сочетании с восстановлением пропорциональной системы выборов может привести к развитию и укреплению многопартийности в Азербайджане.
- Расим муаллим, где проходит граница между интересами государства и власти, и как должен действовать механизм, не позволяющий властной элите подавлять действенную оппозицию?
- Дело в том, что демократия предполагает, что граждане влияют на власть косвенно, через процедуру выборов, а сама власть осуществляется элитными группами. В сущности, демократия представляет собой определенные правила игры между влиятельными группами интересов, выразителями которых являются партии. Это правила не столько для рядовых граждан, а сколько для людей и групп, обладающих финансовыми, политическими и другими ресурсами. То есть демократия это не то, что представляют некоторые идеалисты, сводящие все к свободному волеизъявлению народа. Напомню, что Гитлер пришел к власти, честно победив на выборах, так же как и многие авторитарные лидеры после него, например Уго Чавес и др. Демократию не следует рассматривать как некий волшебный рецепт всеобщего счастья. Это, скорее, следование определенным правилам, которые позволяют соперничающим влиятельным группам успешно конкурировать, не убивая друг друга, не уничтожая своих политических и экономических соперников, начисто лишая их дееспособности. Следование правилам ограничивает всевластие победителя, но дает и определенные гарантии в случае возможного поражения в будущем.
История Расула Гулиева, Фархада Алиева, Али Инсанова и других - яркий пример того, что отсутствие демократических правил приводит к вовлечению в интриги, а то и заговоры. Одновременно они показали, что в Азербайджане никто не застрахован от произвола власти, даже самый богатый и влиятельный человек, еще недавно стоявший близко к ее вершине. Я не оправдываю вышеназванных людей, которые сами вели нечестную игру, за что и поплатились. Я говорю о том, что правящей элите нужно выработать определенные правила игры и научиться следовать им. Повторюсь, что под законом должны находиться все – от президента до рядового гражданина. Причем пример законопослушания должны показывать высшие. Приведу пример из истории не демократии, а абсолютизма. Последний российский император Николай II в своем личном дневнике жаловался, что вступил на престол будучи в чине полковника. Согласно Имперскому Уложению абсолютный монарх, который возводил всех офицеров в высшие звания, не вправе был повысить чин себе. Николай откровенно завидовал генеральским эполетам своих многочисленных дядей и кузенов, но проходил до конца дней в скромном полковничьем мундире.
Как обстоит дело в нашей стране, читателям хорошо известно. Мои самые большие опасения связаны именно с тем, что в стране так и не выработалось уважение к законам. По моему убеждению, именно глава государства может и обязан жестко оградить судебную систему от какого-либо вмешательства высокопоставленных чиновников, это станет первым важным шагом на пути построения законопослушания в обществе. Ведь Закон это не то, что написано на бумаге, и даже не то, как его комментируют юристы. Закон - это то, что делают судьи, которые сегодня сплошь и рядом творят произвол. Пока не научимся уважать законы, пока не найдем для страны хотя бы несколько сотен честных, компетентных и принципиальных судей, не оградим их от противоправного давления, наша страна не станет по-настоящему свободной, стабильной и благоустроенной.
Ризван Гусейнов, 1news.az