Фархад Мамедов: ЕС стремится к предельной конструктивности трехсторонней встречи с Алиевым и Пашиняном
![Фархад Мамедов: ЕС стремится к предельной конструктивности трехсторонней встречи с Алиевым и Пашиняном](/images/2021/12/14/20211214063422581/thumb.jpg?2021-12-14+18%3A58%3A03)
Сегодня в Брюсселе запланирована встреча президента Азербайджана Ильхама Алиева с премьер-министром Армении Николом Пашиняном.
Глава Азербайджана прибыл с рабочим визитом в Брюссель 13 декабря для участия в VI Саммите программы «Восточное партнерство» Европейского Союза.
Встреча Ильхама Алиева и Никола Пашиняна пройдет при участии президента Совета Европейского Союза Шарля Мишеля, который до ее начала проведет двусторонние переговоры с лидерами Азербайджана и Армении.
К настоящему времени уже состоялась встреча президента Азербайджана Ильхама Алиева и президента Совета ЕС Шарля Мишеля.
Какими могут быть ожидания от трехсторонней встречи, с какой целью ЕС активизируется с посреднической миссией, желает ли перехватить инициативу у Москвы, и может ли Баку использовать эти факторы в принуждении Армении к добрососедству?
На эти вопросы мы попросили ответить известного политолога, эксперта международного дискуссионного клуба «Валдай» Фархада Мамедова.
- В первую очередь, надо отметить, что Европейский Союз готовился по повестке встречи, и именно повестка здесь – самое интересное. В данном контексте я бы отметил и недавний визит в регион спецпредставителя Европейского Союза по Южному Кавказу Тойво Клаара.
Что касается переговоров с Шарлем Мишелем, то интересен сам их формат – отдельные встречи с лидерами, и затем трехсторонние переговоры. Это показывает, что европейская сторона намеревается сделать повестку встречи предельно конструктивной, то есть, внести в нее пункты, по которым имеется максимальная согласованность сторон.
Если бы после сочинской встречи - как это анонсировалось –межправкомиссия на уровне вице-премьеров Азербайджана, России и Армении в ходе заседания 1 декабря пришла бы к решениям по главным вопросам, то о повестке сегодняшней встречи мы говорили бы исключительно в гуманитарном и социально-экономическом контексте.
Но из-за того, что армянская сторона снова оттягивает принятие решений (неспроста после провала межправкомиссии глава МИД России Лавров позвонил армянскому коллеге, сделав ударение на реализации принятых в Сочи решений), то наверняка на брюссельской встрече будут обсуждаться и главные вопросы тоже. И скорее всего, инициатором этого станет армянская сторона, ведь именно она стремится так или иначе втянуть Запад - в данном случае в лице ЕС - в процесс обсуждения вопросов разблокировки и процесса по границе.
Надо отметить, что в нынешнем процессе, как и в 26-летних переговорах по карабахскому урегулированию, Евросоюз институционально практически не задействован. Он задействован в нем исключительно косвенно. Со своим богатым опытом финансирования проектов взаимодействия гражданского общества, на протяжении двух десятков лет самой крупной инициативой Евросоюза по карабахскому вопросу был проект EPNK (Европейское партнерство по мирному урегулированию конфликта вокруг Нагорного Карабаха), которая с недавнего времени сменила название на A Plan for Peace. И наверняка среди гуманитарных вопросов, которые будут обсуждаться сегодня, будет продолжение деятельности и в этом направлении.
Наряду с этим, есть ожидания стран по гуманитарному контексту. С армянской стороны это вопрос диверсантов. С азербайджанской – низкое качество предоставленных Арменией карт минных полей.
Также стоит вопрос восстановления постконфликтного региона, и здесь у азербайджанской стороны вызывает озабоченность односторонний подход внешних игроков - в основном западных, но и российских тоже. Потому что помощь сегодня преимущественно оказывается армянам Карабаха. И – что уже совсем абсурдно – помощь для поствоенного восстановления предоставляется Армении. Хотя вооруженные действия нанесли ущерб исключительно территории Азербайджана.
Президент Ильхам Алиев уже высказывал свое недоумение в связи с таким подходом ЕС, и сейчас есть лишний повод об этом напомнить. Потому что колоссальный ущерб был нанесен именно азербайджанской стороне, и если ЕС стремится быть объективным в этом контексте, то «львиная доля» его помощи должна предназначаться именно Азербайджану.
В целом, не думаю, что ЕС будет идти на создание какого-то формата или конкурировать с Россией в ее нынешнем статусе главного посредника, потому что это требует еще и ответственности, которую ЕС не собирается разделять с кем-то. Считаю, что и у ЕС, и у России есть понимание согласованности и взаимодополняемости в этом вопросе.
Потому что все понимают, что если при посредничестве какой-то стороны принимаются решения, но они не исполняются, то больше всего «шишек» летит в сторону посредника, в данном случае, России. Причем как с армянской, так и с азербайджанской стороны – здесь речь идет, конечно, больше общественном мнении, нежели позиции военно-политического руководства.
Если говорить о позиции Азербайджана в целом, то для Баку важно достижение цели. И как показала практика последних 26 лет, своих главных целей Азербайджан достигает самостоятельно.
То же самое мы видим и в нынешнем процессе – за последний год именно односторонние действия Азербайджана выводили Армению из состояния отстраненности или возвращали ее в конструктивное русло. Повторю: все это происходило исключительно в результате односторонних действий Азербайджана, а не усилий посредников. Это, во-первых.
Во-вторых, можно привести в качестве примера отказ министра иностранных дел Азербайджана от встречи с главой МИД Армении при посредничестве Минской группы ОБСЕ в Стокгольме.
Фактически Баку тем самым продемонстрировал, что может использовать в качестве механизма давления и такой элемент – отказ от встречи по причине армянской провокации, и показать, что подобные провокации не останутся без ответа – ни на поле боя, ни на дипломатическом треке.
В то же время этим шагом Азербайджан показал степень невысокой значимости Минской группы для Баку.
Что касается Европейского Союза, то Азербайджан, конечно, не собирается оставлять это поле Армении. ЕС – важный партнер Азербайджана. С другой стороны, изменения, которые происходят сегодня на пространстве ЕС, диктуют необходимость налаживания связей непосредственно с Шарлем Мишелем.
Потому что отсутствие Ангелы Меркель и некоторая пассивность нового правительства Германии создают условия для активности Франции на европейском направлении. А то, что мы уже видели и видим сейчас со стороны Парижа, плюс заявления основных кандидатов на пост французского президента на выборах 2022 года, показывают, что ничего хорошего с той стороны ждать не стоит.
Поэтому, для нейтрализации этих негативных тенденций нужно выстраивать прагматичные отношения с руководством ЕС, тем более при наличии очень богатой повестки сотрудничества между Азербайджаном и Евросоюзом – это и энергетическая безопасность, и безопасность как таковая, и транспортно-логистические проекты.