Мордобой Нурмагомедова и Двалишвили в отеле в Абу-Даби: что на самом деле продают UFC и его конкуренты? - ВИДЕО

В среду, 11 ноября, Мераб Двалишвили записывал видеообращение в холле отеля Yas Hilton в Абу-Даби.

Бывший чемпион UFC в легчайшем весе стоял лицом к камере и спиной к залу, поэтому не видел, как сзади подошла группа мужчин. Судя по видео, разошедшемуся по сети, первым шел Усман Нурмагомедов, непобежденный чемпион лиги PFL.

На кадрах, распространившихся в соцсетях, видно, что он что-то сказал и ударил Двалишвили по лицу. Через несколько секунд холл пятизвездочного отеля превратился в то, что турнирные афиши обычно обещают за деньги: удары, давка, охрана, растаскивающая людей. Двалишвили записал обращение к болельщикам с рассеченным лицом, пока его осматривали медики. По данным The National и журналиста Ариэля Хельвани, участников драки доставили в полицию на допрос. Билетов на этот бой никто не продавал. Заработают на нем, скорее всего, все.

Предыстория умещается в одну строку статистики и несколько лет взаимных оскорблений. В январе 2025 года Двалишвили защитил пояс в бою с Умаром Нурмагомедовым, братом Усмана и двоюродным братом Хабиба, и нанес ему первое поражение в карьере. Вражда пережила и сам поединок, и потерю Мерабом титула. В июле, на турнире борцовской лиги RAF в Тбилиси, Двалишвили грубо отозвался об Умаре, а затем ударил подошедшего к нему с вопросами дагестанского борца Ахмеда Гаджимагомедова (сам Мераб утверждает, что его первым схватили за шею). Ислам Махачев теперь прямо называет драку в Абу-Даби ответом на Тбилиси. Илья Топурия называет нападавших трусами. Каждый считает правым своего. Неправильным само происходящее, кажется, не считает никто.

Холл отеля - не октагон. В клетке есть рефери, врач у сетки, весовые категории и запрет на удары в затылок. В холле есть постояльцы, сотрудники ресепшн и случайные прохожие, которые не подписывали контрактов и не соглашались на риск. Тот, кто решает спор не в клетке, где для этого существуют правила, а в спину человеку у камеры, признает, что правила для него - упаковка, а не содержание.

Удобнее всего было бы списать все на темперамент или на кавказские представления о чести, на которые ссылаются обе стороны.

Но у этой вражды есть бухгалтерия. UFC 229 еще в 2018 году, по оценкам, собрал 2,4 млн платных трансляций, рекорд для ММА, и рекордные для Невады 17,2 млн долларов за билеты. Покупали его в основном ради ненависти. Конор Макгрегор месяцами оскорблял Хабиба Нурмагомедова, его семью, страну и религию, а весной швырнул тележку в окно автобуса с бойцами. Бой закончился тем, что Хабиб перепрыгнул через сетку к угловым соперника, а люди из его команды ворвались в клетку и били Макгрегора. Атлетическая комиссия Невады оштрафовала Нурмагомедова на 500 тыс. долларов при гонораре в 2 млн, Макгрегора - на 50 тыс. В такой экономике штраф - не наказание, а накладные расходы.

Трэш-толк давно перестал быть побочным эффектом боев без правил и стал отдельным жанром.

Пресс-конференции и взвешивания ставятся как шоу, где оскорбление ценится выше аргумента, а толчок выше рукопожатия. Неприязнь бойцов переходит к их поклонникам, а оттуда в соцсети и в национальные обиды. Тон задают сверху. В начале 2023 года Дану Уайта сняли на видео в ночном клубе в Мексике: на пощечину жены он ответил пощечинами. Уайт сказал, что оправданий этому нет, и остался во главе компании, а после слияния UFC с WWE стал генеральным директором UFC. Тогда же он запускал Power Slap, лигу, в которой соперники по очереди бьют друг друга ладонью по лицу. Пощечина, с которой началась драка в Абу-Даби, в этой системе координат выглядит не нарушением жанра, а его продолжением.

Деньги за этим стоят очень большие. В 2025 году Paramount согласилась заплатить 7,7 млрд долларов за семилетние права на трансляции UFC в США, в среднем 1,1 млрд в год, примерно вдвое больше, чем платила ESPN. Города борются за право принимать турниры. Департамент культуры и туризма Абу-Даби продлил партнерство с UFC до 2028 года и говорит о превращении эмирата в мировую столицу единоборств. Логика понятна: трансляция на сотни миллионов домохозяйств, полные отели, название города в титрах. Менее понятно, зачем городу, который строит себе репутацию Лувром на острове Саадият, связывать свое имя со зрелищем, главный рекламный материал которого - чужая кровь. На этой неделе этот материал снимали не на арене, а в холле гостиницы.

Не менее понятно, кого это зрелище воспитывает.

Его аудитория - не ценители техники борьбы в партере, а мужчины, которые хотят быть похожими на тех, кого видят в клетке: с рассеченными бровями, поломанными ушами и привычкой выяснять отношения кулаками.

Баку тоже переживает эту волну (хотя, похоже, тенденция несколько пошла на спад). Несколько лет назад в городе один за другим открывались залы «боев без правил» с символикой UFC, право на которую мало кто проверял, а полки спортивных магазинов заполнили футболки, перчатки и шорты с тем же логотипом. Подростки покупали не спорт, а образ, и образ этот прост: уважение добывают страхом, а спор выигрывает тот, кто ударит первым.

Сравнение с олимпийскими единоборствами напрашивается само и не в пользу клетки. Дзюдо начинается и заканчивается поклоном, а его основатель Дзигоро Кано положил в его основу два принципа: наилучшее использование силы и взаимное процветание.

Олимпийские борцы, дзюдоисты и боксеры-любители тоже получают травмы, но их не продают через ненависть друг к другу, и после финала они пожимают руки, а не обещают сопернику расправу. Разница не в жесткости, а в товаре.

Спорт продает победу по правилам. Индустрия боев без правил продает конфликт, а правила оставляет для страховых компаний.

Защитники ММА возразят, и не без оснований. Это одно из самых регулируемых единоборств: атлетические комиссии, медицинские допуски, допинг-контроль. Бойцы тренируются не меньше олимпийцев. Промоутеры сами наказывают за драки вне клетки: после потасовки на UFC 322 в Нью-Йорке в ноябре 2025 года Уайт пожизненно запретил Диллону Дэнису появляться на турнирах UFC. Но наказан был чужой. Людей из команды Махачева, участвовавших в той же драке, просто вывели с арены, а разобраться с ними пообещал уже мэр Нью-Йорка, поручивший дело полиции. Система охотно наказывает тех, кто ей не нужен, и снисходительна к тем, на ком зарабатывает.

Теперь UFC предстоит решить, подписывать ли Усмана Нурмагомедова. С конца октября он свободный агент, а в октябре Уайт говорил, что UFC в нем «заинтересован». Хельвани уже сформулировал главный вопрос: подпишет ли UFC бойца после такого инцидента.

Олег Тактаров, первый российский чемпион UFC, предположил, что драка была постановочной. Проверить это невозможно, и в этом, пожалуй, главный итог недели: индустрия так долго продавала вражду как шоу, что зритель больше не отличает одно от другого. В субботу на Etihad Arena Двалишвили выйдет против Марлона Мораеса, а Умар Нурмагомедов - против Юрайи Фейбера.

Свободных мест после среды, надо полагать, станет меньше.