Мандат есть, доверия нет: почему миссия ЕС в Армении стала фактором риска
Южный Кавказ продолжает оставаться пространством, где под прикрытием благозвучных формулировок реализуются вполне конкретные геополитические интересы.
За риторикой «стабилизации» и «поддержания безопасности» все чаще просматриваются попытки внешних акторов закрепиться в регионе и повлиять на формирование новой архитектуры безопасности, исходя прежде всего из собственных стратегических расчётов.
Именно в этом контексте следует рассматривать решение Совета Европейского союза от 17 февраля о назначении Сату Койву новым главой мониторинговой миссии ЕС в Армении (EUMA). На первый взгляд оно может показаться рядовой кадровой ротацией в рамках бюрократической логики Брюсселя. Однако за внешне формальной процедурой скрывается куда более глубокий и тревожный политический смысл. Речь идет не просто о смене руководителя, а о подтверждении курса Евросоюза на закрепление своего долгосрочного присутствия на Южном Кавказе под прикрытием так называемого «гражданского мониторинга». Смена Маркуса Риттера на Сату Койву не сигнализирует о пересмотре подходов, напротив, она наглядно демонстрирует намерение Брюсселя окончательно институционализировать миссию, которая изначально заявлялась как временная и ограниченная по задачам, но со временем превратилась в устойчивый элемент внешнего вмешательства в региональные процессы.
Мониторинговая миссия ЕС начала работу 20 февраля 2023 года сроком на два года. Уже тогда в Баку указывали на ее односторонний характер и отсутствие согласия Азербайджана на присутствие европейских наблюдателей вблизи границы. Несмотря на это, миссия не только не была свернута, но и последовательно расширялась - от первоначальных 100 человек до более чем 200. Параллельно армянская сторона обеспечила ей особый правовой статус, включая иммунитет и неприкосновенность, что фактически вывело деятельность EUMA за рамки обычных гражданских миссий и придало ей черты долгосрочного институционального присутствия.
Принципиально важно, что расширение миссии происходило не на фоне эскалации или роста напряженности, а в период, когда Азербайджан последовательно продвигал повестку мирного урегулирования и настаивал на переходе к прямому диалогу без посредников. В этой логике присутствие третьей стороны на границе выглядит не как элемент стабилизации, а как фактор, подрывающий саму идею постконфликтного мира.
Особенно показательно, что в Ереване все чаще говорят о желательности сохранения миссии даже после подписания мирного договора.
Заявления секретаря Совета безопасности Армении Армена Григоряна о намерении искать «дальнейшие форматы сотрудничества» с ЕС, несмотря на истечение мандата EUMA в 2027 году, фактически подтверждают: армянские власти рассматривают миссию не как временный инструмент, а как внешний гарантийный механизм. Такой подход прямо противоречит логике будущего мирного соглашения с Арменией, один из ключевых пунктов которого предполагает отказ от размещения третьих сил на границе двух государств. Попытка заранее сохранить европейское присутствие означает нежелание в полной мере брать на себя ответственность за мир и безопасность в постконфликтный период.
В Баку неоднократно подчеркивали, что присутствие миссии ЕС создает дополнительные риски для стабильности региона. Речь идет не только о политическом символизме, но и о практической стороне вопроса. Миссия, формально называемая «гражданской», на деле использует технические средства наблюдения, фиксирует передвижения на приграничных территориях и аккумулирует информацию, выходящую за рамки декларируемого мандата. Все это усиливает подозрения в том, что EUMA фактически выполняет функции, далекие от нейтрального мониторинга, прикрываясь соответствующей риторикой.
Особое раздражение вызывает и двойной стандарт, который демонстрирует Евросоюз. Декларируя приверженность принципам территориальной целостности и суверенитета, Брюссель в случае Южного Кавказа предпочитает действовать избирательно. Миссия размещена исключительно на территории Армении, ее отчеты не носят публичного характера, а сама деятельность не согласована с Азербайджаном, чьи интересы напрямую затрагиваются. В результате ЕС утрачивает образ нейтрального актора и все больше воспринимается как сторона, играющая на армянском поле.
Иллюзия нейтрального присутствия, которую на протяжении нескольких лет пытаются поддерживать вокруг европейской миссии в Армении, давно рассеялась. Чем дольше EUMA остается в регионе и чем активнее расширяются ее функции и численность, тем очевиднее становится, что речь идет не о техническом мониторинге, а о политическом проекте с далеко идущими целями. За показной активностью наблюдателей скрывается не особое расположение к Армении, а прагматичное стремление закрепиться в регионе и провести новые линии геополитического разграничения.
Сделав ставку на Армению как на удобную опорную точку, западные центры силы последовательно вовлекают ее в собственные стратегические расчеты на Южном Кавказе. При этом в Брюсселе и других столицах прекрасно осознают, насколько рискованным является подобный курс и какими тяжелыми последствиями он может обернуться прежде всего для самой Армении.
С другой стороны, односторонние шаги и попытки силового балансирования со стороны ЕС неизбежно подрывают доверие Баку к европейской структуре и усиливают линии разлома вместо того, чтобы способствовать их преодолению.
Позиция Азербайджана в вопросе деятельности EUMA остается последовательной и логически выверенной. После вступления мирного договора в силу необходимость в каких-либо внешних наблюдательных миссиях исчезает сама собой. Настоящий мир не нуждается в постоянном присутствии третьих сил; напротив, он предполагает прямые механизмы взаимодействия, доверие и ответственность сторон. Сохранение EUMA в постконфликтный период означало бы лишь консервацию недоверия и поддержание иллюзии внешней защиты для одной из сторон.
Южный Кавказ уже неоднократно становился ареной геополитических экспериментов, последствия которых регион ощущает до сих пор. Сегодня Азербайджан последовательно выступает за региональные решения, прямой диалог и уважение суверенитета государств. В этом контексте попытки ЕС закрепить свое присутствие в Армении выглядят шагом в противоположном направлении - попыткой превратить регион в зону постоянного внешнего контроля, где мир подменяется управляемой нестабильностью.
Назначение нового главы миссии не меняет сути происходящего. EUMA остается миссией без доверия, без нейтралитета и без перспективы. Истинный и устойчивый мир между Азербайджаном и Арменией возможен лишь в условиях, когда границы охраняются самими государствами, а безопасность обеспечивается не внешними наблюдателями с расширенными полномочиями, а политической волей сторон. Именно поэтому Южному Кавказу нужен не новый куратор, а окончательное освобождение от внешних миссий, которые под видом стабилизации лишь продлевают статус-кво нестабильности.
