Новое звено: как Азербайджан и Узбекистан трансформируют пространство от Пекина до Лиссабона
Рахман Гаджиев
Председатель Правления Фонда Возрождения Карабаха
23 августа в залах резиденции «Куксарой» в Ташкенте президенты Ильхам Алиев и Шавкат Мирзиёев подписали документ с необычным названием.
Договор подразумевает не просто «сотрудничество» или «партнерство» (все это Баку и Ташкент уже закрепляли на бумаге в прежние годы), а «вечную дружбу».
Договор о вечной дружбе, заключенный одновременно с третьим заседанием Высшего межгосударственного совета двух стран, стал тем типом инструмента, к которому дипломаты прибегают, когда хотят сказать, что отношения вышли не только за рамки сегодняшних отношений самих подписантов или государств, но и народов в целом.
Выбор такого названия, обращенного в будущее, был намеренным. Как и выбор момента.
Я решил написать эту статью как человек, наблюдающий за трансформацией наших регионов не один десяток лет. Еще студентом бакалавриата, а затем магистратуры факультета международных отношений Бакинского государственного университета, где региональная динамика была стержнем нашего обучения, мне приходилось уделять особое внимание характеру отношений Азербайджана со странами бывшего Советского Союза, особенно, Центральной Азии.
Многие годы после этого я возглавлял одно из крупнейших СМИ Азербайджана. Это позиция, с которой в реальном времени наблюдаешь, как смещается тектоника региона.
Мое знакомство с новым Узбекистаном чуть более позднее, но не менее интересное, случилось по причине моего участия в качестве консультанта в работе над книгой о современном Узбекистане, которую пишет давний друг Азербайджана Грэм Уилсон, являющийся автором биографии Президента Азербайджанской Республики господина Ильхама Алиева и еще нескольких работ по современной истории нашей страны, включая книгу о возрождении Карабаха.
В ходе этой работы в течение нескольких месяцев я имел возможность не только погрузиться в историю и экономику этой удивительной страны, но и пообщаться с учеными, политологами, руководителями государственного аппарата и рядовыми гражданами Узбекистана.
То, что следует ниже - мои наблюдения, которые позволяет сделать «двойственная позиция» человека, глубоко погрузившегося в реалии обеих стран.
От конъюнктуры к архитектуре
Договор о вечной дружбе возник не на пустом месте. Он венчает лестницу, по которой две столицы поднимались шаг за шагом, обдуманно, большую часть десятилетия. Государственный визит Президента Ильхама Алиева в Узбекистан в 2022 году завершился подписанием декларации об углублении стратегического партнерства.
Визит Шавката Мирзиёева в Баку в 2023-м завершился договоренностью о создании Высшего межгосударственного совета, постоянного механизма, который теперь собирает двух президентов и их правительства как единый орган принятия решений.
В 2024 году, в ходе визита Президента Ильхама Алиева в Ташкент, стороны подписали и новую декларацию об углублении партнерства, и Договор о союзнических отношениях, поднявший связи на высшую ступень, какую предлагает дипломатический лексикон. В 2025-м состоялся ответный государственный визит Президента Мирзиёева в Баку.
В то же время, по подсчетам журналистов, межправительственная комиссия провела пятнадцать заседаний.
Экономика не отставала от протокола. Двусторонняя торговля в 2025 году выросла более чем втрое, примерно до $795 млн, а в первые месяцы 2026-го прибавила еще около трети. В Ташкенте стороны подписали программу доведения товарооборота до миллиарда долларов к 2030 году вместе с практической «дорожной картой» инвестиционных проектов, которые должны к этому привести. Цифры такого порядка скромны на фоне торговых гигантов Европы. Но значение имеет траектория, а не абсолютная величина.
Содержание за этими данными уже просматривается. SOCAR, государственная энергетическая компания Азербайджана, выходит на розничный топливный рынок Узбекистана. Крупнейший банк Азербайджана, ABB (Международный банк Азербайджана), заходит на узбекский рынок, приобретая контрольный пакет местного Davr Bank. Стороны, по их собственным словам, близки к стадии бурения в рамках совместной разведки нефти и газа: скважины ожидаются уже в следующем году.
Азербайджанский автопром опирается на узбекский опыт, а созданный несколько лет назад совместный инвестиционный фонд уже частично законтрактован под конкретные проекты. Это уже не отношения коммюнике, а все чаще отношения реальных балансовых отчетов.
Два краеугольных камня Каспийского и Центральноазиатского регионов
Так почему же все это должно иметь значение за пределами двух непосредственно вовлеченных стран? В первую очередь потому, что Азербайджан и Узбекистан не являются обычными двусторонними партнерами. Каждый из них выступает несущим государством своего региона, и два региона сходятся на Каспии.
Азербайджан — политический и экономический локомотив Южного Кавказа и незаменимый транзитный узел между Каспийским и Черным морями: совокупный транзит через страну достиг в 2024 году 114,5 млн тонн.
Узбекистан — демографическое и экономическое ядро Центральной Азии, самое населенное ее государство, в географическом центре региона, граничащее со всеми остальными центральноазиатскими республиками.
Ни одна из стран не является периферией, примкнувшей к более крупному патрону. Каждая из них представляет собой самостоятельную региональную опору.
Когда две опоры такого веса решают связать себя узами вечной дружбы и реальных экономических проектов, эффект оказывается не просто суммирующим, а структурным. Каспий, долго воспринимавшийся как край двух разных миров, где Кавказ лежал на одном берегу, а Центральная Азия на другом, усилиями президентов Алиева и Мирзиёева превращается в звено, которое их соединяет.
C5 становится C6
Самое ясное свидетельство того, что это проект региональный, а не просто двусторонний, появилось в ноябре 2025 года. На седьмой Консультативной встрече глав государств Центральной Азии в Ташкенте Азербайджан был принят полноправным членом формата, который до тех пор оставался исключительной вотчиной пяти центральноазиатских республик. То, что было «C5», стало на языке региональных дипломатов «C6». Решение принималось под председательством Узбекистана, и Мирзиёев отстаивал его не один день.
Значение легко недооценить, и его стоит проговорить. Государство Южного Кавказа теперь сидит за столом, где лидеры Центральной Азии согласуют свои общие дела, за столом, за которым, что показательно, ни одна внешняя великая держава не занимает кресла. Это не расширение клуба. Это сращивание двух региональных систем в одну.
Коридор как позвоночник
Если договоры и форматы образуют нервную систему формирующейся оси, то Транскаспийский международный транспортный маршрут (Средний коридор) служит ее позвоночником. Маршрут идет от западного Китая через Центральную Азию, по морю через Каспий, далее через Азербайджан и Грузию и дальше в Турцию и Европу.
Рост последних лет был весьма динамичным. Грузопоток по коридору вырос с менее чем миллиона тонн несколько лет назад примерно до 4,5 млн в 2024 году (скачок около 62% за один год), при этом операторы ожидают порядка 5,2 млн тонн в 2025-м и целевой мощности в десять миллионов к 2027 году. Маршрут примерно на 2000 км короче северного коридора через Россию и способен доставлять грузы из Китая в Европу примерно за двенадцать дней против девятнадцати.
Его подъем неотделим от геополитики: когда война между Россией и Украиной, а затем и обострение на Ближнем Востоке нарушили работу привычных северного и южного маршрутов, грузоотправители и правительства стали искать путь, не пролегающий ни через российскую, ни через иранскую территории.
Но было бы ошибкой читать Средний коридор лишь как побочный продукт чужих невзгод.
Для Баку, Ташкента и для других центральноазиатских республик это и есть суверенный выбор, способ превратить географию, долго являвшуюся помехой, само положение стран, запертых вдали от мирового океана, в рычаг.
Здесь роли двух стран скорее взаимодополняющие, чем конкурирующие.
Азербайджан — это сама каспийская переправа: порт Баку, проектной мощностью около 15 млн тонн, с планами расширения до 25 млн, и крупнейшая на море судоверфь, которая теперь строит суда типа ro-ro, необходимые маршруту. Узбекистан же питает коридор с востока и поддержал железную дорогу Китай — Кыргызстан — Узбекистан, строящуюся с 2025 года, которая сократит путь к китайским рынкам.
В Ташкенте Ильхам Алиев и Шавкат Мирзиёев пошли дальше, обозначив идею отдельного узбекско-азербайджанского коридора через Каспий под совместным управлением и совместного каспийского флота для его обслуживания.
Близкая страна на дальнем берегу
Для азербайджанского читателя одна часть этой истории заслуживает особого внимания: преображение партнера по ту сторону Каспия. Узбекистан, который сегодня подписывает договоры о вечной дружбе и входит в региональные форматы, совсем не тот, каким он был десятилетие назад.
При Мирзиёеве, находящемся у власти с 2016 года, страна прошла путь от одной из самых закрытых экономик постсоветского пространства к открытости: либерализовала валюту в 2017-м, покончила с практикой принудительного труда на хлопковых полях и, что важнее всего для региона, развернула внешнюю политику, долго державшую Ташкент в стороне от собственного соседства. Сам центральноазиатский консультативный формат, к которому недавно присоединился Азербайджан, был узбекской инициативой.
Президент Ильхам Алиев был откровенен в том, как все это стало возможным: когда Мирзиёев принял руководство, отметил азербайджанский лидер в ходе визита, экономический фундамент пришлось выстраивать почти с нуля. И без этого фундамента ни один из совместных проектов, лежащих сейчас на столе, не существовал бы; до него, заметил он, совместных проектов между двумя странами не было вовсе.
Это необычно откровенное признание того, что ось держится на внутреннем переустройстве одной страны не меньше, чем на любом договоре.
Гуманитарный мост
Впрочем, эта ось не сводится к вопросу грузов и договоров. В ходе этого визита два президента открыли восстановленный Национальный педагогический университет в Ташкенте имени Низами Гянджеви, азербайджанского поэта XII века, которым особенно дорожат в Баку, и заложили парк «Азербайджан» в новом районе на окраине столицы (отмечу, что аналогично парк «Узбекистан» планируется построить в азербайджанской столице). Стороны договорились о совместной работе над художественным фильмом о Низами и Алишере Навои, крупнейшей фигуре узбекской словесности: это два национальных поэта, вплетенные в единый сюжет. А в следующем году две страны совместно примут молодежный чемпионат мира FIFA.
Символизм такого рода не является украшением. Именно так государства приучают свои общества видеть друг в друге родню, а не просто соседей, и именно на этом слое в конечном счете держатся договоры.
Карабах как проверка доверия
Нигде глубина этого доверия не видна яснее, чем в Карабахе. Из всех зарубежных государств, которые приняли участие в возрождении освобожденных Азербайджаном территорий, первым двинулся именно Узбекистан, профинансировав школу на 960 мест в Физули, названную именем правителя-астронома Мирзо Улугбека. Впрочем, этим дело не ограничилось: позднее были установлены побратимские связи между Ханкенди и Ургенчем, Нахчываном и Ургенчем, Лачыном и Бухарой.
Вложиться на раннем этапе в чувствительный, недавно возвращенный регион означает сделать политическое заявление, а не просто дружеский реверанс. Ташкент его сделал, подтвердив статус братского государства.
От Пекина до Лиссабона
Сложите фрагменты воедино: договор, который переживет не только своих авторов, но и читателей этой статьи, государство Южного Кавказа за столом руководителей Центральной Азии, торговый коридор, растущий двузначными темпами, общая судоверфь и обсуждаемое совместное управление каспийской переправой. И тогда проступает более крупная фигура.
Уже не вполне точно говорить об Азербайджане и Узбекистане как о двух странах, поддерживающих теплые двусторонние отношения. Теперь они стали двумя важнейшими звеньями одной цепи, протянувшейся от Пекина до Лиссабона, соединившись там, где цепь, казалось, была слабее всего: на каспийской переправе.
Особый характер проекту придает то, что обе столицы практикуют осознанную многовекторную дипломатию, сохраняя открытыми линии к Москве, Пекину, Брюсселю и Вашингтону, не будучи обязанными ни одной из этих сторон.
Ось, складывающаяся на Каспии, это не блок, собранный великой державой ради собственных целей, а работа суверенных государств под руководством двух дальновидных лидеров, решивших, что их регионы сильнее вместе, чем порознь, и выбравших, в своем темпе и на своих условиях, реализовать этот грандиозный проект.
Статья отражает точку зрения автора
