Точка зрения

Майор Дмитрий Лисаневич – это «полковник Юрий Буданов» XIX века

00:40 - 02 / 08 / 2011
Майор Дмитрий Лисаневич – это «полковник Юрий Буданов» XIX века

В своей статье «Как и за что был убит правитель Карабахского ханства Ибрагим Халил-хан Джеваншир?» (см.: http://regnum.ru/news/polit/1430742.html) к.и.н. Василий Каширин, хоть и отвлёкся от темы дискуссии и позволил себе в некоторых местах грубый и неакадемический тон, нехарактерный для выпускника МГУ им. М.В.Ломоносова, все же не стал отрицать очевидный факт того, что Карабах в начале XIX века вошел в состав Российской Империи именно как азербайджанское ханство, а не какое-то там «армянское меликство».

Своей статьей В.Каширин фактически и невольно разгромил армянский пропагандистский миф о «добровольном вхождении армян Карабаха» (или «армянского Карабаха» – читай как угодно) в состав Российской Империи по «челобитной», признав существовение и факт заключения Кюрекчайского договора от 14 мая 1805 года. А то ведь армянские «историки» до сих пор отрицают сей исторический факт, как будто не их миф разоблачает этот важнейший документ.

Как следует из текста договора и последующих событий, никакого «добровольного вхождения карабахских армян» в состав России не было по одной простой причине – их никто и не спрашивал. Договор был заключен между реальным правителем – Карабахским ханом Ибрагим Халилом – и российским генералом Павлом Цициановым  (см.: http://azeri.ru/az/karabakh/412/). То есть, может кто-то из карабахских армян и писал какие-то обращения и обивал пороги царских палат, но в присоединении Карабаха к России эти потуги сыграли примерно такую же роль, как письмо какой-нибудь немецкой семьи из города Энгельс на имя Гитлера поскорее освободить поволжских арийцев от «большевистского гнета». Вообще, армянским историкам свойственно несколько преувеличивать роль своего народа в мировой истории.

Автору статьи, берущему в кавычки слова «чисто мусульманское» и «чисто тюркское», использованные в отношении Карабахского ханства (кстати, никто и не утверждает, что кроме тюрков в Карабахе никто другой не жил) и изучившему опубликованные по данной теме исторические источники, наверное, известно, что в 1810 году население Карабаха состояло из 9500 тюркских и 2500 армянских семей (см.: Акты, собранные Кавказскою археографическою комиссиею. Архивъ главного управления намъстника Кавказского, том IV. Изданъ под редакциею председателя комиссии дсс. А.Д.Берже (Тифлисъ: Типография главного управления намъстника Кавказского, 1870), Документ No 37, с. 38–39.) В своей статье он также приводит слова майора Дмитрия Лисаневича o том, что «татар» (азербайджанцев) в Шуше были больше, чем армян (см.: Подполковник Д.Т. Лисаневич – генерал-майору П.Д. Несветаеву. Рапорт. 4 сентября 1806 г. // АКАК. Т. 3. № 610).

Это так, к сведению армянской части аудитории!

Теперь коснемся вопроса, поднятого В.Кашириным. С самого начала отметим, что автор, порицающий д.и.н. Джамиля Гасанлы в использовании давно уже известных материалов, сам грешит тем же – никаких сенсационных документов он не привел. Все процитированные им источники неоднократно использовались историками, а некоторые были опубликованы.

Причина, которая заставила его взяться за перо, заключается, как он пишет, в «очернении исторической российской государственности, доблестной русской армии и ее военачальников». Вся статья имеет целью доказать, что в 1806 году почти вся семья Ибрагим Халил-хана была потоплена в крови не из-за жестокости майора Лисаневича, а по причине предполагаемой «измены» карабахского правителя. То есть, вековое русское «сам виноват». Подлость Лисаневича, приказавшего убить не только мужчин, но и женщин и детей, не требует доказательств, а вот доказать второе – гипотетическое «предательство» хана – автор усиленно пытается.

Попытка, скажем прямо, отчаянная, но не убедительная. Один лишь отказ правителя вернуться вместе с семьёй из загородного шатра в Шушу, когда ожидались штурм крепости со стороны персов и отчаянное сопротивление руссского гарнизона, невозможно квалифицировать как «измену». Обычную и вполне объяснимую и понятную эвакуацию семьи накануне неминуемого кровопролития (то, что сделал бы любой человек на его месте) московский историк почему-то называет «предательством», основываясь на голословных словах внука и сына хана. Причем, неизвестно, говорили ли они в действительности такое или это выдумано Лисаневичем в свое оправдание – доказательств нет, одни предположения и показания заинтересованного майора (вспоминаются показания полковника Юрия Буданова в свое оправдания).

В.Каширин сам же говорит o «версии (!) русской стороны», «предполагавшей» (!), что выезд из крепости накануне бойни можно было бы рассматривать как изменническое настроение. Называет это «версией». И по его мнению, одной «версии» достаточно, чтобы устроить кровавую баню. Не может не обратить на себя внимание и указание В.Каширина на источники информации – свои же лазутчики и армянский мелик Джимшид (а что, собственно, еще можно было от них ожидать?!) В любом случае, доказательств «измены» Ибрагим Халил-хана, кроме его выезда из крепости в шатер (?), В.Каширин привести не в состоянии. Все его – это личные предположения или же сведения совершенно пристрастных доносчиков и самого убийцы.

Хамство В.Каширина, назвавшего «азербайджанских апологетов» «глупцами», оставим на его совести и впишем в актив его научной репутации.

«И даже если «регифугия» Карабахского хана имела целью занятие выжидательного нейтралитета, со стороны русских властей в тех условиях это выглядело как абсолютно нелояльное действие, и они имели полное право на решительные превентивные меры», пишет В.Каширин.

Удивительная логика. Следуя ей, реализацией «полного права на решительные превентивные меры» можно объяснить любые неадекватные действия всяких отморозков, например расстрел большевиками царской семьи, нападение Гитлера на СССР, убийство полковником Юрием Будановым чеченской девушки, сброс двух атомных бомб на японские города. Очень удобное объяснение убийства всей семьи, не правда ли? Правом на «превентивные меры» можно оправдать что угодно!

Из двух версий – хладнокровное убийство безоружных людей и объяснение самого Лисаневича в ходе следствия – В.Каширин, не задумываясь, берет на веру второе. А как же иначе! Там какие-то местные жители жалуются на «безвинного» полководца, а здесь сам Лисаневич, «герой взятия Гянджи»! В своих показаниях майор отмечал, что в своих действиях он основывался на своем убежденности в «изменнической деятельности» Ибрагим-хана. Трудно было ожидать от подозреваемого другого объяснения.

Интересно, что Лисаневич открыто признает свою истинную цель: «Оптимальным вариантом с его точки зрения было бы принудительное возвращение хана в Шушу, где его можно было использовать как заложника, не вызывая, в то же время, огромных политических затруднений для России в Закавказье и карьерных рисков лично для себя».

Вот зачем Лисаневич хотел заманить хана обратно в крепость! Чтобы взять в заложники! Хан же, в свою очередь, вывез свою семью подальше от места кровопролития – то, что на его месте сделал бы любой человек, в том числе Лисаневич, и подозреваем, сегодняшний адвокат этого хладнокровного убийцы, московский историк Василий Каширин.

Любопытно, что последний (как, собственно, и сам Лисаневич) не отрицает факта грабежа имущества ханской свиты. Наверное, мародерство тоже было частью «превентивных мер».

«Сторонники версии безвинной смерти Ибрагим-хана утверждают, что, будь он действительным изменником России, он бы не оставался вблизи Шушинской крепости с русским гарнизоном. Однако на это есть что возразить. Ибрагим-хан был законным правителем ханства, российским подданным и генералом, и весь прежний опыт не давал ему оснований опасаться решительных силовых действий Лисаневича», пишет Каширин. Интересно, где еще в мире можно было найти «изменника», не опасавшегося решительных силовых действий против него? А может и не было никакой измены, и поэтому он расположился недалеко от русских?

И если даже предположить, что внук и сын хана говорили правду, то как вообще можно называть «изменой» бегство бывшего правителя заграницу? Ведь бежав заграницу, хан навсегда потерял бы свое ханство, родные края, владения! Какой смысл было ему бежать, если он по-прежнему считал себя правителем Карабаха и носил титул, присовенный ему теми, кого он, если верить В.Каширину, собирался «предать»? Изменой было бы, если бы он бежал к наступающим персам, чтобы принять участие в освобождении его ханства. А он расположился недалеко от крепости, причем вместе со своей семьёй (!), в непосредственной досягаемости русского гарнизона. Наверное, он вместе с семьёй и прислугой собирался «штурмовать» Шушу?

Вот такая хромая логика как у вероломного убийцы Лисаневича, так и у его сегодняшнего адвоката. Хочется посоветовать московскому историку: не надо героизировать Лисаневича и безосновательно называть убитого карабахского хана «изменником» только лишь потому, что первый – русский, а второй – нет. И не надо говорить, что это не так. Нет ни капли сомнения, что случись подобное в другом месте и поменяйся они местами, жестoким в интерпретации В.Каширина оказался бы иноземный захватчик, а невинно убиенным – русский князь. Вспомним хотя бы множества аналогичных случаев из истории покорения татаро-монголами Руси.

Неприкрытая и неподобающая историку пристрастность В.Каширина заметна даже в том, как он описывает уничтожение этого преступника. Жестокое убийство Лисаневичем  всего безвинного семейства Ибрагим-хана – это «вынужденная превентивная мера», сопровождавшаяся неизбежными в таких случаях «collateral damage», а уничтожение этого офицера в 1825 году – это, видите ли, неадекватнные действия «горца-фанатика». «Дикаря», короче. Хотя этот «дикарь» мог бы, наверное, отыскать всю семью этого Лисаневича и с аналогичной хладнокровностью поступить с ней точно так же, кощунственно назвав свои действия «превентичной мерой», а убийство его жены и детей – неизбежными «collateral damages». И затем в свое оправдание привести какую-нибудь неправдоподобную легенду со ссылкой на детей казненного.

Что-то не стало русское правительство посмертно лишать убитого хана его военного звания генерал-лейтентат, несмотря на «доказанную» московским историком «измену».

А в заключении не можем отказать себе в удовольствии завершить свой материал словами, которыми закончил свою статью сам Каширин: не знаем, «фанатиком» ли был тот человек или народным мстителем, но в любом случае – «Честь ему за это и Хвала».

И низкий поклон!

Айдын Мелик-Мирзоев
аспирант исторического факультета БГУ

Поделиться:
7572

Последние новости

Все новости

NEXT TV