Ближневосточный кризис, экспорт газа в Европу и роль Азербайджана: ресурсы, маршруты и конкуренция
Эскалация на Ближнем Востоке и кризис в глобальной энергетической инфраструктуре усиливают неопределённость на европейском газовом рынке, обостряя конкуренцию между поставщиками и повышая значение устойчивых маршрутов поставок.
Поскольку этот рынок представляет интерес и для нас - Азербайджан является одним из поставщиков газа в Европейский союз - изучение общей ситуации на рынке и его участников имеет важное экономическое значение. Как в сложившихся условиях будет трансформироваться баланс сил среди экспортеров газа и какую роль в перераспределении долей на мировом рынке газа может сыграть Азербайджан?
С этим вопросом 1news.az обратился к депутату Милли Меджлиса Тахиру Миркишили.
«Одним из экономических пространств, на которые война на Ближнем Востоке оказывает наиболее серьёзное давление, является Европейский союз, - сказал депутат. - Закрытие Ормузского пролива, а также повреждение завода по производству сжиженного природного газа (СПГ) в Катаре ещё больше усилили конкуренцию за этот рынок».
По его словам, одной из стран, претендующих на выход на европейский газовый рынок, и самой новой среди них, является Израиль: «События в странах Персидского залива привлекли внимание к Израилю, который открыл крупное газовое месторождение в Средиземном море». Он напомнил, что в 2010 году Израиль открыл одно из крупнейших газовых месторождений региона в Средиземном море — «Левиафан». «Название «Левиафан» означает «чудовище с длинными щупальцами», и действительно, месторождение обладает гигантскими запасами. Его первоначально оценённые запасы составляют около 620 млрд кубометров. Это примерно половина запасов месторождения «Шахдениз» в Азербайджане. Для сравнения, такой объём способен покрыть потребности Европы в газе на 1,5–2 года».
«Желание Израиля экспортировать газ с этого месторождения в Европу вполне естественно, учитывая, что Европа постоянно ищет альтернативные источники поставок газа. В 2025 году добыча газа на «Левиафане» составила 11 млрд кубометров. Одним из ключевых партнёров проекта является американская компания Chevron. В январе текущего года инвесторы приняли окончательное инвестиционное решение по расширению месторождения, и после завершения проекта к 2029 году годовая добыча может достичь 21 млрд кубометров», - сказал Тахир Миркишили.
Он отметил, что в настоящее время Израиль экспортирует добытый газ в Египет, где он перерабатывается в СПГ и затем отправляется в Европу: «Однако этот вариант является дорогостоящим, поэтому рассматриваются альтернативные маршруты прямого экспорта газа в Европу:
- Газопровод EastMed.
Маршрут: Израиль — Кипр — Греция — Италия. Протяжённость около 1000 км. Трубопровод должен проходить на глубине до 3 км, что делает проект технически сложным и капиталоёмким. Оценка инвестиций — 6–10 млрд долларов. Все эти факторы делают проект коммерчески рискованным.
- Через Турцию (TANAP–TAP).
Маршрут: Израиль — Турция — TANAP — TAP — Европа. Этот вариант короче и дешевле, а также опирается на уже существующую инфраструктуру, что делает его весьма привлекательным. Однако политические факторы — отношения между Израилем и Турцией, а также напряжённость в Восточном Средиземноморье — пока делают этот маршрут малореалистичным.
- Через Египет с использованием СПГ.
Газ Израиля поступает в Египет, где превращается в СПГ и далее транспортируется в Европу морским путём. Этот маршрут уже функционирует и в ближайшей перспективе остаётся наиболее реалистичным.
Основными конкурентами Израиля на европейском рынке СПГ являются США и Катар. События в Катаре, в свою очередь, могут способствовать увеличению поставок СПГ из США и Израиля в Европу».
«Азербайджан экспортирует газ в Европу по действующей системе трубопроводов, поэтому поставки СПГ не создают для него значительной конкуренции. Главное преимущество Азербайджана заключается в наличии уже функционирующего инфраструктурного маршрута — Южного газового коридора. Газ с месторождения «Шахдениз» поставляется в Европу по отлаженной и коммерчески устойчивой системе. В отличие от этого, израильский газ, несмотря на высокий потенциал, по-прежнему зависит от региональных маршрутов и инфраструктуры третьих стран.
Таким образом, с точки зрения инфраструктуры азербайджанский газ выглядит более зрелым и устойчивым, тогда как израильский газ обладает высоким потенциалом, но остаётся более уязвимым с точки зрения маршрутов. Кроме того, стоит отметить, что с февраля 2026 года Израиль приостановил экспорт СПГ по соображениям безопасности, что побуждает европейских покупателей ориентироваться на более стабильных поставщиков», - подчеркнул депутат.
«В целом можно сделать вывод, что для новых игроков, стремящихся выйти на европейский рынок газа, включая Израиль, существуют серьёзные технические и инфраструктурные вызовы. Европа уже располагает диверсифицированным портфелем поставок — трубопроводный газ из Норвегии и Азербайджана, а также СПГ из США и Катара. Поэтому любой новый поставщик будет рассматриваться как дополнительный источник.
Азербайджан же уже является одним из ключевых поставщиков и обладает реальными возможностями увеличения экспорта по существующей инфраструктуре. Этому способствуют как технические возможности, так и наличие значительных газовых ресурсов», - резюмировал Тахир Миркишили.
