«Триумф демократии» под соусом репрессий: как Кремль зачищает выборы в Госдуму
Введение: Учись, Ереван, как надо «выбирать»
Совсем недавно российские пропагандистские каналы и государственные чиновники буквально заходились в праведном гневе, вещая из каждого утюга о «тотальных фальсификациях» и «чудовищном административном ресурсе» на выборах в Армении. Еревану с барского плеча раздавались ценные указания о том, что такое настоящая демократия, свободное волеизъявление и чистый избирательный процесс.
И вот, на дворе август, на носу сентябрьские выборы в Государственную думу. И что же мы наблюдаем в самой «обители чистых выборов»?
Картина вырисовывается поистине сюрреалистичная. В то время как ЦИК с неизменной улыбкой рапортует о готовности к «абсолютно прозрачному голосованию», вся государственная машина - от чиновников на местах до политтехнологов, судов и силовых ведомств - работает в режиме полного аврала. Кремль включил административный ресурс на полную мощность, превратив подготовку к выборам не в соревнование идей, а в зачистку территории от любых проявлений альтернативного мнения.
Часть 1. Снятие «Яблока»: Картины нейросети как угроза нацбезопасности
Самым крупным и откровенно трагикомичным эпизодом предвыборной зачистки стало снятие с гонки партии «Яблоко».
10 августа Верховный суд РФ отменил регистрацию федерального списка партии, а уже 17 августа апелляционная коллегия предсказуемо поставила жирную точку, отклонив жалобу. Поводом для иска со стороны технической партии-спойлера «Родина» стали «наитягчайшие» нарушения: претензии к авторским правам в агитации, использование чужих изображений и даже стандартные намеки на возможные «иностранные источники».
Адвокаты и журналисты-расследователи, изучавшие иск, едва удерживались от смеха. Среди материалов, якобы «подрывающих основы избирательного права», фигурировали картинки, сгенерированные нейросетью ChatGPT, кадры из экранизации роман-эпопеи «Война и мир», а также фотографии заместителя председателя Совета Безопасности РФ Дмитрия Медведева, губернатора Санкт-Петербурга Александра Беглова и главы ЦИК Эллы Памфиловой.
Но если отбросить абсурдность юридических предлогов, политическая подоплека видна невооруженным глазом. «Яблоко» оставалось единственной официально зарегистрированной федеральной партией с четкой и открытой антивоенной программой. Оставить такой список в бюллетене означало дать гражданам легальную возможность выразить свое несогласие с текущим курсом. А этого кремлевские стратеги позволить себе никак не могли.
Часть 2. Ксерокс ЦИК и старые посты: Технология точечной дисквалификации
Если зачистить целую партию не получается с первого раза, в ход идет точечная работа по кандидатам-одномандатникам. Здесь фантазия бюрократического аппарата не знает границ. Особенно показателен феномен чудесной «программы ЦИК». Так, 19 августа Московский областной суд снял с выборов кандидата от того же «Яблока» Виктора Быстрова. Причина - ошибки в регистрационных документах. Самое пикантное в этой истории то, что документы формировались через специальную программу, разработанную самим ЦИК. То есть система сама сгенерировала недочеты, чтобы потом суд на их основании кандидата и снял.
Не менее показателен и случай, который можно назвать как «призрак запрещенных соцсетей». Кандидата от КПРФ дисквалифицировали за старые ссылки на Facebook и Instagram, признанные в России экстремистскими. Не за текущую деятельность, не за нарушения в агитации, а за давние цифровые следы, оставленные еще до всех юридических запретов на эти соцсети. Алгоритм предельно прост: на неугодных кандидатов натравливают юристов, которые въедливо выискивают любую запятую, чтобы вычеркнуть человека из бюллетеня до начала голосования.
Часть 3. Аллергия на слово «Мир» и силовые методы
Для тех, кому все же удалось пройти регистрационные барьеры, создаются условия, максимально далекие от понятия «равной борьбы». В Байкальске мэр от «Единой России» Василий Темгеневский лично устроил охоту за баннером кандидата «Яблока» Павла Харитоненко. На плакате, официально оплаченном из избирательного фонда, красовался «опаснейший» лозунг: «За мир и свободу». Мэр не поленился обзвонить местных предпринимателей, требуя немедленно демонтировать баннер.
Но когда административного нажима оказывается недостаточно, в дело вступают правоохранительные органы. Так, 21 августа был задержан яркий кандидат в Госдуму от КПРФ Николай Бондаренко. Формально - по очередному административному делу, но фактически - в самый разгар агитационной кампании. Одновременно усиливается давление и на сторонников оппозиционных кандидатов: 14 августа полиция раздавала «предупреждения» гражданам, пришедшим к зданию Верховного суда, а 17 августа во время апелляции «Яблока» силовые структуры задержали более 50 человек. Люди просто стояли у здания суда, но для современной российской системы это уже расценивается как несанкционированная акция.
Часть 4. Дело Надеждина: История о том, как Кремль испугался тени
Самым показательным кейсом всей этой предвыборной трагикомедии стал жизненный путь Бориса Надеждина. Этот случай заслуженно претендует на статус главного учебного пособия по теме «Как система боится даже самой умеренной альтернативы».
Начиналось все с президентской кампании 2024 года. Надеждин - системный, подчеркнуто осторожный и абсолютно лояльный правилам игры политик старой школы - решил выдвинуться в президенты. Система рассчитывала получить удобного, слабого спарринг-партнера для демонстрации «многообразия».
Но произошел системный сбой: тысячи людей по всей стране и за рубежом выстроились в огромные очереди, чтобы поставить подпись за его выдвижение. Граждане увидели в нем единственный доступный инструмент для демонстрации запроса на перемены. ЦИК мгновенно включил заднюю передачу и забраковал подписи под предлогом «мертвых душ».
Когда Надеждин заявил о намерении участвовать в выборах в Госдуму текущего года, система приняла решение не просто отказать в регистрации, а уничтожить его как политическую фигуру. Сначала его наградили статусом «иностранного агента». Затем последовала серия административных штрафов, автоматически лишающих права баллотироваться в течение года. В августе против него возбудили дело о связи с «нежелательной организацией». Итог - вынужденная эмиграция под угрозой реального тюремного срока.
Вся эта масштабная и судорожная кампания травли против подчеркнуто умеренного политика доказывает лишь то, что власть панически боится даже такого запредельно осторожного оппонента, как Надеждин. Ведь за ним стоит не он сам, а огромный пласт общества, жаждущий нормальности.
Заключение: Зеркало для депутата Пискарева
На фоне этого тотального правового нигилизма заявления официальных лиц выглядят особенно сюрреалистично. Глава комиссии Госдумы по расследованию фактов вмешательства извне Василий Пискарев с серьезным лицом заявляет, что за рубежом готовят «лженаблюдателей», задача которых - «дискредитировать российские выборы».
Господину Пискареву и его коллегам стоит успокоиться: дискредитировать российские выборы лучше, чем это делает сама власть, не сможет ни один зарубежный центр. Снятие единственной антивоенной партии по иску из-за картинок нейросети, выдавливание кандидатов из страны, запрет слова «мир» на плакатах и задержания у дверей Верховного суда - вот реальные «достижения», с которыми Россия подходит к сентябрьскому голосованию.
Так что, возвращаясь к теме армянских выборов, Кремлю стоит не учить соседей демократии, а почаще смотреться в собственное избирательное зеркало. Хотя, судя по всему, отражения там давно уже никто не боится.
